Книга Кондитерша с морковкиных выселок. Книга 1, страница 5 – Ната Лакомка

- Полинка, просыпайся!

Сон рассыпался, когда мама двинула мне локтем под рёбра.

Я встрепенулась, зевая и потягиваясь. За стеклом иллюминатора был чужой аэропорт и чужие флаги чужой страны. Долетели без происшествий – и то замечательно. В конце концов, Масик – не вселенское зло. И не самое страшное, что случается в жизни.

И всё-таки, мне очень хотелось, чтобы мамин муж опоздал. Или совсем забыл нас встретить. И тогда я могла бы презирать его с особым удовольствием.

Но Масик не опоздал, не забыл, и уже ждал нас, чуть не подпрыгивая от нетерпения.

- Привет, рыбка! – он схватил маму за талию и притиснул к себе. – А я соскучился, между прочим.

Мама хихикнула и что-то зашептала ему на ухо. Масик заржал, как жеребец, и повёл нас забирать багаж.

Я уныло смотрела им в спины. Они так и шли – в обнимку, никого не замечая вокруг. Правда, забирая наши сумки, Масик соизволил меня заметить.

- Как дела? – спросил он без особого интереса и явно не ждал развёрнутого ответа.

- Всё хорошо, - ответила я сдержанно.

- Отлично, - буркнул он, закидывая огромный мамин чемодан и мою спортивную сумку на плечо. – Машину пришлось припарковать далеко, всё уже занято, какой-то слёт тут сегодня.

- Ничего, мы прогуляемся, - мама смотрела на него с обожанием, и я тайком покривилась.

Дома машина у Масика была такая же, как он сам – большая, яркая и шумная. Ярко-красная, с огромными фарами, которая так и кричала о силе и достатке хозяина. Здесь нас встретил чёрный седан и серьёзный, молчаливый водитель в строгом черном костюме.

- Грузимся, девочки! – скомандовал мамин муж, забрасывая наши сумки в багажник. – Полинка, садись вперёд.

Я села на переднее пассажирское и пристегнулась ремнём.

Ехать и слушать, как Масик и мама любовно воркуют, было не слишком приятно, и я сделала вид, что опять задремала.

- Полина! Посмотри! – мама довольно бесцеремонно потрясла меня за плечо. – Мы почти приехали!

Всё же я опять задремала. А ведь думала, что просто притворюсь.

Открыв глаза, я посмотрела в окно.

Автомобиль как раз выворачивал по серпантинной дороге, спускаясь с холма,и перед нами открылась долина. По ней бежала извилистая река удивительного бирюзового цвета. В бирюзовые волны гляделось синее, как васильки, небо, а вокруг были поросшие светло-зелёными рощами холмы и небольшие горы. Кое-где пролегали ровными тёмно-зелёными полосами виноградники, а довершал картину – великолепный старинный арочный мост. Солнце клонилось к закату и золотило красные крыши домов, сбегавших узкими извилистыми улицами прямо к воде.

- Что это? – спросила я с невольным восхищением, потому что картина была просто сказочная.

- Это Локарно, детка, - хохотнул Масик. – Вы же ещё не ели?

- Нет, и мы ужасно хотим чего-нибудь вкусненького! – радостно подхватила мама.

- Потом поужинаем, - заявил Масик и приобнял её за плечи. – Сначала я свожу вас на мост. Я договорился с этим, как его… ну, «тарзанка» которая.

- Банджи-дампинг, - машинально поправила я его.

Как можно думать о каких-то прыжках, когда рядом – такая красота? Краски природы были такими яркими, такими необычными, что казалось, и люди в этих краях должны быть необычными – такими же звонкими, прекрасными, похожими на южных птиц.

Пока Масик уговаривал маму сходить на «тарзанку», мы въехали в город, проехали по узким улочкам, вымощенным брусчаткой, и остановились у отеля «Роза». Набережная показалась мне уже не такой прекрасной, как вид с холма. Здесь росли пальмы и плакучие ивы, и было слишком много того, что есть в каждом современном городе – какие-то магазинчики, живые «скульптуры», аниматоры, фонари, молодые люди на скейтбордах… Сказочное впечатление таяло, тем более – мамочка согласилась отправиться на мост, чтобы прыгнуть с «тарзанки». Но всё равно набережная была очень, очень красивой. И так и манила прогуляться – не спеша, наслаждаясь красивыми видами и любуясь удивительным цветом воды.