Книга Попаданка из будущего: усадьба и честь, страница 66 – Ника Цезарь

— Поосторожней с высказываниями, сударь! — не остался в стороне князь, поднимаясь, отчего исправник вознёс молитву к Богу, чтобы не оказалось, что они зря побеспокоили таких важных господ.

— Отчего же мне сторожиться? — усмехнулся Пётр. — Это ваш друг похититель, а не я! Я здесь несчастный, которого посмели обокрасть на добрых десять тысяч!

Михаил насмешливо выгнул бровь. Он не сомневался, что Мещерин пришёл за ангелом, вот только он прекрасно помнил, что при прошлом разговоре стоимость его крепостной была гораздо ниже. Эта же была и вовсе немыслима!

— Михаил, скажи ему, — фыркнул Дмитрий, не сомневаясь в порядочности друга. Кто-кто, а он точно не возьмёт чужого! Честь не позволит.

— Ему нечего сказать, ведь именно он укрывает мою беглую крепостную — Пелагею! Что вы стоите, Фёдор Алексеевич? Велите вашим людям обыскать мой дом! Пусть они найдут мою прелестную жемчужину!

— Вы с ума сошли, Мещерин? — князь искренне подивился его фантазиям.

— Отнюдь… Из Италии-то господин Крапивин вернулся один, только слуги его сопровождали. И первые недели был один-одинешенек, а потом у него появилась таинственная итальянка, — Пётр медленно, с возрастающим самодовольством сокращал расстояние между ним и Михаилом, не спуская с него глаз. — Может, велите вашей итальянке спуститься?

— Это бред, Пётр! Госпожа Висконти прекрасно говорит на итальянском, это невозможно подделать… — не сдавался князь, в то время как Михаил вытянулся, словно натянутая тетива, не спуская взгляда с Мещерина.

— Мой отец души не чаял в этой девчонке… Он обучил её не только чтению и письму, но и языкам… — громко хмыкнул граф. — Зря вы мне отказали, — гораздо тише продолжил он, поравнявшись с Михаилом, — всё равносвоё получу… Ну что же вы стоите! Ищите негодницу! — обернулся он к исправнику и его людям, что толкались на пороге.

— Простите, ваше благородие, но не дозволите ли вы провести обыск? — заикаясь, он обратился к Крапивину. — У нас есть свидетели, утверждающие, что крепостная графа Мещерина нашла приют под вашей крышей.

Ольга, не дожидаясь ответа, скользнула прочь. Воспользовавшись чёрной лестницей, она стремительно сбежала вниз, а оттуда в конюшню. Она всегда знала, что такой момент может настать, но не ожидала, что так быстро. Сердце неистово билось в её груди, пока кровь громко шумела в ушах. Пара месяцев спокойствия подарили ей ложную уверенность в её неуязвимости.

— Дура! — тихо шепнула она себе под нос, заскочив в конюшню и поспешив к Ромашке. —Надо было бежать. Глупо было надеяться, что смогу до весны здесь пробыть…

— Сюда, сударыня, — шепнул Прохор, видя вбежавшую и озиравшуюся девушку. — У меня здесь комнатёнка для хранения упряжи, спрячьтесь. А то вас вмиг догонят. Кони-то у них молодые и ретивые… — выдохнул старик, помогая ей спрятаться. — Что же это делается? — ворчал он. — К барину пожаловали…

Ольга, оказавшись в тесном помещении, постаралась не стоять у порога, а спрятаться за старыми сёдлами.

Комнатёнка оказалась крошечной: низкий потолок, стены, обитые грубой доской, пропитаные запахом кожи и старого сена. Сквозь крошечное окошко под самой крышей пробивался тусклый свет луны. Ольге казалось, что стены давят на неё, не давая полноценно вдохнуть всей грудью, но она понимала, что это страх. Он ледяными щупальцами окутывал её. Она боялась дышать, шевелиться, обратившись в слух.