Книга Ненависть со вкусом омелы, страница 67 – Полин Мур

— Мы сделали это! — воскликнула я, когда раздача завершилась. Его искренний смех прозвучал как музыка, и, казалось, даже холод зимнего вечера не мог затмить ту теплоту, которую мы создали вместе. — Теперь осталось подобрать костюмы. Ты готов?

— Нет…

— Да!

— Ты хочешь моей смерти? — произнес я, смотря на себя в бальном платье. Виолетта держала ладони у рта, чтобы не выдать свой смех, но это ей не помогало. — За-мол-чи…

— Прости, просто, зная, что я – это ты…, — Эшфорд хихикнула. — Это слишком забавно!

Я закатил глаза. Следующий час девушка то и делала, что таскала меня по магазинам в поисках подходящего платья. Я не понимал, как можно так долго выбирать что-то, что, по сути, будет надето всего один раз. Каждое новое платье, которое она заставляла меня примерять, вызывало у меня лишь одно желание – поскорее выбраться отсюда. Сначала Смурфетта была полна энтузиазма, но вскоре я заметил, как ее терпение начинает иссякать. Она смотрела на меня через зеркало, поворачивала то в одну, то в другую сторону, и я не мог не заметить, как ее лицо отражает разочарование, а затем негодование.

— Ты что, лопаешь по ночам кексы? — выпалила она, щупая мои (свои) бока. — Ты точно набрал мне лишние килограммы!

В этот момент мимо нас проходили две девушки: одна из них покупательница, а другая консультант, которая с широкой улыбкой несла в руках несколько нарядов. Я заметил их заинтересованные взгляды. Я улыбнулся, а затем топнул ногой.

— Почему ты так со мной? — закричал я. — Тебе обязательно нужно было называть меня толстой?

— Что ты делаешь…, — шикнула Виолетта, хватая меня за локоть.

— Скажи мне правду, ты хочешь меня бросить? Джейкоб, не делай этого!

— У вас все в порядке? — поинтересовалась консультант. Эшфорд явно не понимала, что делать, а вот я продолжил играть спектакль. Поймав ее взгляд, я продолжил.

— Хватит на нее пялиться!

— Да, у нас все в порядке. Извините, у нее не все дома, — произнесла Виолетта, заталкивая меня в примерочную.

Через несколько секунд две девушки скрылись среди других посетителей, и девушка гневно отдернула шторку.

— Ты с ума сошел?! — выпалила она.

— Ты назвала меня толстым. Это ранило мое муже-женское достоинство!

Я вздохнул и посмотрел на часы. Время тянулось медленно, и я начал размышлять о том, как же мне удастся выжить в этом шопинг-эксперименте. Через десять минут девушка нашла платье, которое по ее мнению смотрится на ней (мне) идеально. Оно было нежно-розового цвета, словно утренний рассвет, имягко обвивало мою фигуру, подчеркивая все достоинства. Ткань платья была легкой и воздушной, как будто сотканной из облаков, а тонкие бретельки делали его еще более изящным. Длина платья едва касалась колен, открывая стройные ноги и позволяя свободно двигаться. Внизу, по краям, ткань была украшена изящной кружевной отделкой, а вырез на спине был достаточно глубоким, чтобы привлекать внимание, но не слишком откровенным, что делало образ элегантным и утонченным. На талии платье было слегка затянуто, создавая эффект «песочных часов». Виолетта была счастлива, что нашла эту вещицу, а я был счастлив, что мы наконец-то уйдем отсюда.

В концертном зале школы царила атмосфера настоящего праздника. Теплый свет мягко освещал просторное помещение, создавая уютную обстановку. Стены были украшены яркими гирляндами и бумажными шарами, которые слегка колыхались за счет приоткрытых окон, принося с собой запах свежести. На сцене, обрамленной блестящими драпировками, уже установили платформу диджея, а рядом горели разноцветные огни. Под потолком свисали солнышки из бликов и страз. Пол был застелен большим блестящим паркетом, идеально подходящим для танцев. На танцполе уже были собраны группы школьников, которые не только танцевали, но и болтали друг с другом, смеясь и обмениваясь впечатлениями и шутками. На стенах подвешены фотографии с предыдущих школьных мероприятий – улыбки, яркие наряды и счастливые лица создавали ощущение единства, которое тронуло даже меня. В углу зала находился небольшой уголок, наполненный закусками и напитками. Цветные коктейли в стаканах с соломинками пестрели на столе, обещая освежить всех танцующих. С каждым новым аккордом музыка становилась все громче, а танцующие ребята все смелее выражали свои эмоции. Они кружились и подпрыгивали, забывая о повседневных заботах.