Книга Двойной эспрессо с апельсином, страница 95 – Виктория Цой

Я слушала его рассказ, затаив дыхание. Представила ребенка, который с детства не мог жить нормальной жизнью. Вечно находился под пристальным наблюдением врачей, проводя свое беззаботное время в стенах больницы. Не имеющий возможности бегать за другими детьми, заниматься любимым видом спорта, ходить в походы, был лишен всего это. Нечестно, несправедливо, слишком жестоко! Не удивительно, что он был таким закрытым.

— Я… не знала. Это грустно, — сглотнула я, чувствуя, как все нужные слова застряли в горле.

— Идея с подменой родилась случайно, — продолжил.

— Стоп. А это была только твоя идея или… — я специально не закончила фразу.

— Ну, скажем так. Не без Его участия. Я уже говорил, у меня не было цели лгать целенаправленно. Я лишь хотел выиграть время, чтобы определиться с дальнейшим будущем, найти себя, пожить нормальной жизнью студента. Жизнью, когда у тебя есть реальные знакомые, друзья, одногруппники. Быть среди людей, которые не будут клеймить тебя больным и при удобном случае спрашивать: как ты себя чувствуешь?

Мое сердце сжалось от несправедливости. Несправедливости к мальчику, перед которым открывался весь мир, но в силу обстоятельств, не имел к нему полного доступа. Я даже представить себе не могла такую жизнь. У каждого ребенка должна быть свобода.Свобода выбора во всем: в друзьях, увлечениях, в будущей профессии. Вадим же постоянно жил в ограничениях: шаг вправо — запрет, шаг в лево — тоже запрет. Наверное, теперь я понимала, почему он скрыл об их с Максом подмене.

— Ты никогда не учился раньше в универе?

— Учился, — кивнул Вадим. — Какое-то время даже посещал университет. Из-за болезни, приходилось часто его пропускать. Поэтому было принято решение учиться дистанционно.

— На кого ты учился? — спросила я, представляя какая профессия бы ему подошла. Например, врач-хирург. У Вадима были очень красивые-длинные пальцы. Или директор какой-нибудь крупной компании. Тогда, наверное, все молодые сотрудницы бы падали в обморок при виде красавчика-босса. Нет, вторая идея мне не понравилась.

— Управление бизнесом.

— Управление бизнесом? — я бросила на него удивленный взгляд.

— Так хотел мой отец, — он пожал плечами. — Макс, кстати, тоже, учился на этой специальности.

— Он не смог закончить универ! — фыркнула я.

— Значит, ты наводила про него справки? — прищурившись, поинтересовался Вадим.

— Нет, я наводила справки о тебе, думая, что ты это он. Я ведь не знала, что у него есть нормальный брат-близнец, — усмехнулась я, возвращая голову ему на грудь.

— Значит, считаешь все-таки меня нормальным?

— Отчасти, — ответила я, зевая.

— Поспи, Лера, — он крепче прижал меня к себе. От его размеренного дыхания было хорошо.

— Мы не закончили разговор, — уже сквозь сон проговорила я.

— Обязательно закончим, когда ты проснешься. Я никуда не уйду, — пообещал Вадим. Проваливаясь в сон, я вдруг осознала одну истину — благодаря этому парню со мной все теперь случалось впервые: головокружительные эмоции, мурашки по коже от прикосновений, потребность быть рядом с близким человеком. И даже счастливая улыбка на лице от того, что рядом был любимый человек.

Дегтярев

Я не заметил, как уснул. Помню слышал размеренное дыхание девушки, которая за столь короткий период стала дорога моему сердцу. Израненному, нестабильному, измученному. Я не планировал оставаться на ночь. Хотел навестить ее и удостовериться — с ней все в порядке. Если не считать простуды, которая, по всей видимости, была в самом разгаре, Лера держалась молодцом. Вместо того, чтобы воспользоваться своим болезненным состоянием и простоотдыхать, она готовилась к тесту по английскому. Эта хрупкая и одновременно сильная девушка не переставала удивлять.