Книга Двойной эспрессо с апельсином, страница 112 – Виктория Цой

На втором этаже послышались торопливые шаги.

— Доброе утро, Бамбл, — улыбаясь, проговорил он. От вида сонного Дегтярева мое сердце забилось быстрее.

— Доброе утро, — ответила я ему улыбкой и, разбив яйцо на раскаленную сковородку, выкинула пустую скорлупу в мусорное ведро. Яичница моментально зашипела. То же самое я проделала с остальными тремя яйцами.

Пока я хлопотала на кухне, Вадим успел принять душ. Он подошел ко мне сзади и нежно обнимая, прижал к себе. Я ощутила аромат свежего морского бриза.

— Я говорил тебе, что ты вкусно пахнешь смородиной? — прошептал, прижимаясь носом к моей шее. От этого прикосновения мое тело моментально затрепетало.

— Нет, — хихикнула я.

— А я говорил тебе, что обожаю смородину?

— Нет.

Он поцеловал меня в шею, кончиками пальцев провел сверху вниз по моей руке и обратно. От этих прикосновений кожа моментально покрылась мурашками. Я прикрыла глаза. Его рука вдруг оказалась под футболкой. Нежные и одновременно требовательныеприкосновения ласкали обнаженную кожу, вызывала нарастающее возбуждение. Я откинула голову назад, отдаваясь чувству прекрасного. Ощущению, что вызывало во мне дикий восторг, смешанный с наслаждением.

— Я проголодался, — хрипло отозвался он.

— Завтрак почти готов, — едва сдерживая стон, ответила я.

Яичница с бутербродами правда были готовы, осталось сварить кофе и разложить еду по тарелкам.

— Я имел в виду не завтрак, — Вадим развернул меня к себе. Его руки гладили спину. Под напором его прикосновений я выгнулась навстречу. Снова этот лукавый взгляд и дразнящий, едва уловимый поцелуй. Мое тело предательски реагировало на его ласки, а я ничего не могла с этим поделать.

Вадим, словно пушинку, поднял меня на руки и посадил на столешницу. Медленно он начал покрывать поцелуями мою внутреннюю сторону бедра. Голова тут же пошла кругом. Я запустила пальцы в его густые волосы, другой рукой гладила сильное плечо. Уже окончательно потеряв голову, я почувствовала, что начинаю задыхаться и вот-вот достигну апогея. Но в этот момент Вадим одним движением сорвал меня с места, пересадил на обеденный стол и, оказавшись сверху, вошел в меня. Это было грубо, жестко и великолепно. Наши взгляды были прикованы к друг другу. Я чувствовала его желание каждой клеточкой тела. В такие моменты мы были единым целым, идеально дополняя каждого из нас.

— Я люблю, тебя Лера, — сказал он, прежде чем мы оба достигли кульминации.

Завтрак, успевший остыть, пока мы были «заняты» в итоге все же состоялся, правда пришлось подогревать его в микроволновке. А кофе, который я планировала приготовить сама, приготовили вместе. Пока варился эспрессо в кофемашине, Вадим достал из шкафчика высокие стеклянные стаканы, а я лед из морозилки. Наполнив стаканы льдом, на четверть его залили карамельным сиропом, который красиво опустился на дно, образуя первый слой золотистого цвета. Затем мы добавили апельсиновый сок. Когда залили сверху сок, получился второй слой, третьим слоем стал эспрессо, который вливали медленно на лед, чтобы не смешать с остальными двумя. Кофе был готов!

Наша близость помогла мне на некоторое время забыть о предстоящем разговоре, унося на небеса. Поэтому завтрак прошел в веселой непринуждённой атмосфере.

Время близилось к обеду. Вадим вышел во двор за дровами для камина,а я, воспользовавшись его отсутствием, поднялась на второй этаж и переоделась в свою одежду. Не без сожаления, пришлось попрощаться с уже родной футболкой Дегтярева.