Книга Прошлое (не) исправить, страница 82 – Виктория Цой

Одетая в короткие домашние шорты, она была воплощением природной, неподдельной красоты. Не такой, как у тех девушек, с кем он заводил мимолётные связи. Диана была собой, настоящая, живая. Она умела спорить и отстаивать свои границы. Не старалась понравиться, лебезить перед ним. Тогда Кир почувствовал, что в ней есть что-то, что его притягивает. Позднее он узнал, что она была студенткой четвёртого курса факультета, который он окончил двумя годами ранее.

Кирилл любил университет, тот играл в его жизни немаловажную роль: волонтёрство, а позже — преподавание. Единственное, чего он терпеть не мог, — это выступать перед публикой. Однажды ему дали роль принца в пьесе на празднике в честь посвящения в студенты. Тогда Кир уговорил на эту роль брата.

Следующая их встреча состоялась дома у Сокола. Он пришёл, чтобы поговорить об инвесторах. Там была она. Переминаясь с ноги на ногу, отводила взгляд, смущалась, будто в чём-то была виновата. Он всё понял. Забыв, зачем здесь, не стал дожидаться брата, ушёл. Хотя внутри колола нарастающая тревога. Он не должен думать о ней, она девушка Сокола. И всё равно продолжал… Может, потому что она была другой? Особенной? Или ему просто показалось. Нет, это была не жалость — что-то другое. Он и сам тогда не понимал, что именно.

Всё встало на свои места в тот же день. Заболел преподаватель по дискретной математике Фёдор Степанович, и Кирилл должен был заменить его у четверокурсников. Диана быладалеко не слабой студенткой, её дисциплина имела хороший результат. Он узнавал.

Кирилл не понимал её увлечения Соколом. Воспользовавшись своим положением, он оставил её на факультатив. Диана вышла к доске. Они оба это почувствовали. Между ними пробежала искра, которую он, окружённый женским вниманием, никогда раньше не испытывал. Она была красивой девушкой, очень: светлая, едва имеющая кремовый оттенок кожа, пухлые розовые губы и тёплые серые глаза. Серый цвет глаз не бывает тёплым, скорее холодным, отталкивающим. Только не у неё. Она смешно морщила свой вздёрнутый носик, когда злилась. Забавно сдвигала брови, когда удивлялась. От неё исходила непонятная, абсолютно новая для Миллера энергетика. Стоило ей появиться — и из облаков выходило солнце. Все вокруг мигом приобретало яркие, живые оттенки. А может, он совсем спятил?

Сокол явился в самый неподходящий момент. В своей привычной собственнической манере заявил о своей власти над ней, будто она была его собственностью. Вырвал силой Ди, не спросив её мнения. А она… его боялась и одновременно боготворила. Он видел это в её взгляде. В голове мелькнула мысль: вмешаться. Но здравый смысл вовремя остановил. Они мало знакомы, а о своих чувствах, в которых Миллер до конца не был уверен, не стал бы говорить никогда. Списав на обычное увлечение, погрузился в работу. Отец завалил его по горло. Тачки, много тачек, бесконечные переговоры… Он замотался, отвлекся.

Пока готовились документы об открытии их автосалона в Новосибирске, Кирилл ждал. За это время они с Дианой сблизились и стали друзьями. Виделись в универе, пили вместе кофе в перерывах. Сокол тоже учился с ним в магистратуре, только почти не посещал занятия, что сыграло на руку Миллеру. С каждым днём его чувства к ней росли, но она его не замечала. Он догадывался: в их отношениях не всё было гладко. Видел по её поведению, по резкому вздрагиванию от звонков телефона. Если звонил Сокол, она моментально менялась в лице, голос становился тихим, улыбка исчезала. Несмотря на бесконечные разлады, она никого не видела и любила его.