Книга Наследие исчезнувшего рода. Квест для попаданки, страница 339 – Екатерина Стрелецкая

Глава Управления упокоения не нашёлся что ответить, поэтому я продемонстрировала компас.

– Воплощение Смерти не способно продлевать жизнь и не властно над самой смертью, но может с ней торговаться, как с высшей силой, совершая обмен на годы своей жизни. Ансония заплатила эту цену, находясь уже в зрелом возрасте и израсходовав во время заключения сделки практически весь свой ресурс, поэтому состарилась за считанные годы.

– Диана, сколько лет было отмеряно тебе изначально?

– Четыреста пятьдесят два года, Габриэль. А сколько осталось, я уже сказала. У каждой санатеры,являющейся воплощением Смерти, появляется вот такой артефакт, образующийся из фамильных артефактов. С его помощью можно также осуществлять более сложные варианты поиска и останавливать время. Вот последняя манипуляция отнимает больше всего у жизненного срока, чем сама сделка. В последний раз я остановила время, когда сражалась с Айнигмаром.

Компас снова рассыпался на артефакты, а я показала свою правую ладонь с тремя шрамами.

– Диана...

– Рэйд, когда тебя убил некромортус, я попыталась задержать твою душу в теле, но из-за того, что его яд стремительно разъедал её, стирая при этом память, ничего не могла сделать. Вот тогда остановила время и пошла на сделку... Как Созидатель, я не могу восстановить то, что утрачено, только изменить существующее. Яд некромортуса серьёзно повредил твою душу и стёр часть воспоминаний. Я не из тех кто привык выбрасывать испорченное или сломанное, а предпочитает латать и чинить. Мне пришла в голову безумная идея поставить своеобразную «заплатку». Мы с тобой, Рэйд, очень похожи отношением к жизни – не зря же Тори называла нас копиями друг друга, только в разных обличиях. К тому же несмотря на разницу прожитых физически лет, являемся плюс-минус ровесниками. Да-да, тот самый безумный коктейль из молодости души, жизненного опыта и своего рода раздолбайства. К тому же много времени, так или иначе, провели вместе. В общем, идеальный вариант для своеобразного донорства. К сожалению, в момент осознания, что ты умер, я пришла в отчаяние, и треть моей души обуглилась от сильного эмоционального удара. Такой же кусок омертвел ещё несколько лет назад при очередном сильном потрясении, поэтому мне пришлось буквально кромсать себя изнутри, вытаскивая подходящие фрагменты и превращая их в «заплатку». Как говорится, совмещала фрагменты, грубо сшивая их через край. Учитывая все условия, всё должно было со временем срастись в единое целое, а моя память с копией тех воспоминаний, которые касались нас двоих, – восполнить стёршиеся. Со стороны может показаться, что процентное соотношение повреждений к оставшейся душе малы, но для совмещения с телом и возвращением к полноценной жизни, критичны. Яд некромортуса при этом продолжал воздействовать на тело, остановив полностью регенерацию и продолжая отравлять. В конечномсчёте могло случиться так, что даже с залатанной душой память могла продолжить стираться и при физическом восстановлении тела ты либо никогда не очнулся, либо навсегда остался в вегетативном состоянии. Проще говоря, перспектива остаться овощем до последнего вздоха. Увы, я не маг жизни, и не способна была ни ускорить процесс восстановления, ни даже сгладить швы-рубцы, чтобы не произошло отторжения возвращённой души телом. Нужно было, чтобы что-то одно перестало разрушаться, а другое начало сглаживаться. Мне сложно так объяснить и подобрать подходящие слова. В ночь нападения мне пришлось работать очень быстро и по наитию. Многое из того до сих пор воспринимается моей памятью через пелену тумана...