Книга 50 вариантов яичницы или Спорим, дракон?, страница 131 – Полина Лашина

– До конца вашего срока, ты хотел сказать? – дракон тоже уселся в одно из кресел. – Больше ты ее удерживать не сможешь. И как только она перейдет черту твоих земель, я запрещаю тебе вмешиваться в ее дела на моей земле!

– Не смогу, – покладисто согласился айн, игнорируя его слова про запрет. – И не захочу. Мне и за год хватит развлечений... с ней. И ее идей.

– Не дразни меня, Лайн! И я не верю, что она делится ими с тобой добровольно.

– Ну почему же, мы смогли... договориться.

– Да неужели?! И как?

– Хочешь знать, чтобы потом также сговориться с ней? – хмыкнул айн. Качнул головой. – Разве тебе будет интересно, Шанитир, если я преподнесу тебе готовые ключики к дверям иномирянки? Не знаю, не знаю, мне точно не будет интересно.

На что дракону оставалось лишь скрипнуть зубами.

Спустя год (без четырех дней) со дня окончания пари

– Льюдмила, собирай вещи. Завтра ты покинешь мой дом.

– Почему завтра? Еще вроде несколько дней... Или где я опять ошиблась? – обернулась на него человечка, стоящая у плиты.

Весь год она продолжала эксперименты! С продуктами их мира, но по рецептам мирасвоего.

– Ты не ошиблась. Действительно, впереди еще три дня, но тебе лучше выехать заранее. Хотя и так я не думаю, что ты успеешь покинуть земли герцогства. Но ты можешь написать лорду Качевайн. Если хочешь.

Отставив сковородку в сторону, девушка развернулась к нему целиком.

– А мне нужно покинуть земли герцогства?

За этот год иномирянка показала себя достаточно умной, так что он не удивлен ее вопросом. Скорее, наоборот, разочаровался бы, если бы она не сообразила.

Интересно, он будет скучать... нет, не по ней, а их словесным баталиям?

– Я не сказал, что это обязательно. Но если ты хочешь сама выбрать себе покровителя...

– А без него у вас никак?

– Тебе, иномирянка, никак, – в том же стиле ответил Лайн.

Скорее всего, да, он будет скучать. Нет, не по человечке. По их разговорам, по ее странным шуточкам и выражениям, по иномирным идеям, зачастую непонятным вначале, но когда в итоге думаешь: "Ведь просто же на самом деле! Почему раньше сами не догадались?".

В его доме опять станет тихо. И безжизненно. Хотя после проживания настырной человечки здесь останется много чего, в том числе новая мебель, которую Лайнфаэр за этот год успел сделать. В том числе зачастую именно после настойчивых просьб Льюдмилы.

И то, что она, задумчиво кивнув, опять отвернулась к плите, даже не попросив его стать ее покровителем... Лайнфаэр не знал, радует его это или задевает.

С одной стороны, он действительно не может пойти против Шанитира, именно как официальный посланник Леса в земли, которые Лесу на самом деле не очень-то нужны. Он прекрасно понимал, что ему просто нашли самый необременительный пост, выпроводив из родных земель подальше.

С другой стороны, она даже не попросит его? Даже мысли такой в ее головке иномирной не появилось? Или она будет рада уехать из его дома?

Но, конечно, он у нее не будет спрашивать об этом.

***

– Ого! Смотрите-ка! Она живая! На самом деле жива! Не врали, – раздались выкрики знакомых и не очень солдат, что повскакивали с лавок, стоило телеге свернуть к таверне. На их голоса оборачивались прочие посетители. – Эй, человечка, а лерой жив? Че ты, Барт, ржешь? Как мы в нашем споре решим, коли про второго ни че неясно?