Книга Моя свободная нечисть, страница 136 – Александра Черчень

Как раз в этот момент в двери спальни затарабанили, и за резными панелями раздался громкий, властный, но полный нетерпения голос:

– Внук, я желаю видеть моего внука! Немедленно пропустите бабушку!

Свекровь. Герцогиня-мать, Аманда Девиальская, не так часто баловала нас своим присутствием, предпочитая бороздить океаны на своем исследовательском судне. Наше первое знакомство состоялось незадолго до свадьбы. Несмотря на заверения Эола и все объективные признаки того, что она не должна иметь ничего против моей кандидатуры – знакомиться со свекровью все равно было страшно.

Я представляла себе ледяную, проницательную аристократку, которая будет смотреть на меня, бывшую секретаршу-самозванку, как на пыль. Но все мои опасения развеялись в тот же вечер. Аманда оказалась высокой, энергичной женщиной с седыми, собранными в строгий узел волосами и такими же, как у Эола, острыми, ясными голубыми глазами.

При первой встрече свекровь по-мужски пожала мне руку, и я ответила так же сильно. Исследовательница рассмеялась и сказала, что сильные женщины как раз то, что надо для своенравных драконов.

Второй раз она приехала три года спустя – за месяц до моих родов, заявив, что «пропустить такое событие не позволит никакой океан».

И вот теперь дверь распахнулась, и в комнату ворвалась сама стихия с непокорной седой прядью, выбившейся из прически.

– Ну, где же он? – потребовала она, окидывая взглядом комнату. Ее взгляд скользнул по дракону в окне – она лишь хмыкнула, – и остановился на мне и свертке у моей груди.

– Внучка, ваша светлость, – мягко доложила повитуха.

Амалия Девиальская замерла на секунду. Потом ее строгие черты лица неожиданно смягчились, а губы растянулись в широкой, совсем неаристократической улыбке.

– Ах вот как! – воскликнула она, сбрасывая плащ прямо на пол. – Значит, сюрприз! Тем лучше!

Она решительно подошла к кровати и, взглядом спросив разрешения, аккуратно, но уверенно забрала у меня Аэлину. Та, к моему удивлению, дажене пискнула.

– Ну-ка, покажите мне эту маленькую победительницу. Родиться – уже большой труд, – тихо сказала она, и ее голос стал мягким, как шелест волн. – Ах, смотрите-ка… Совсем кроха. И нос – точь-в-точь девиальский. И бровки уже сердитые, как у ее отца в детстве.

Она погладила малышку по щечке, и Аэлина во сне стиснула палец бабушки в своем крошечном кулачке. Герцогиня замерла, и на ее лице появилось выражение такого полного, безоговорочного обожания, что у меня снова к горлу подкатил ком.

– Как ее зовут? – взглянула она на меня.

– Аэлина.

– Ветерок, значит? Здравствуй, маленькая, – прошептала она. – Я твоя бабушка. Я привезла тебе ракушку, которая поет океанские песни. И расскажу про всех рыб. И про то, как драконы дружат с китами. И ни один глупый мальчишка в жизни не посмеет тебя обидеть, пока я жива.

Эол, вернувшись в человеческом облике, застал именно эту картину: его мать, качающую его дочь, и меня, уставшую, но безмерно счастливую, наблюдающую за ними. Он остановился на пороге, и Амалия подняла на него взгляд.

– Поздравляю тебя, сынок. И с драконом, и с малышкой.

Эол только улыбнулся, подошел, поцеловал меня в лоб, а потом склонился над Аэлиной в руках бабушки.

Так начиналась наша новая жизнь.

* * *

Гостей мы начали принимать только через четыре месяца.