Книга Мой бывший - отец-одиночка, страница 40 – Анна Владимирова

Роксана встала и покинула кабинет, а я остался сидеть, хмуро пялясь на кресло, на котором она только что сидела. Было что-то в ее словах, что парализовало на какой-то вдох-выдох, но я сморгнул и вернул взгляд на стол. Если я перестану делать то, что делал, я перестану быть тем, кем являюсь. А в таком виде я не нужен ни себе, ни сыну… ни Миле.

К вечеру я совсем извелась.

Хорошо, Лена была рядом и не давала шанса потерять фокус, но я все же застывала взглядом при любой возможности.

- Мил, что с тобой? - поинтересовалась Лена, когда нам выпал шанс ближе к вечеру перекусить в кафетерии, и мы уселись за дальний столик.

- А? - подняла я на нее взгляд.

- Тебе что-то Князев сказал? - предположила она, участливо глядя мне в лицо. - Слушай, я не знаю, что между вами произошло, но не позволяй ему себя завалить. Хотя, мне казалось, что Князев вообще не из таких, чтобы тратить время на то, чтобы низвести врача. Тем более, он сам тебя нанял…

- Нет, Князев не из таких, - мотнула я головой и протерла лицо.

- Он хочет тебя уволить? - не отступала Лена. - Поэтому ты такая расстроенная?

- Нет. Просто… попросил прощения.

Она округлила глаза:

- Ну, так это прекрасно. Вообще, вы же должны хорошо знать друг друга, раз работали в госпитале…

- Да, наверное, поэтому нам и тяжело сейчас, - уклончиво отозвалась я и взялась за чашку кофе. - Слишком много… болезненных воспоминаний…

- Боже мой, - протянула вдруг она изумленно, - у вас были отношения.

Я испуганно округлила глаза, вздрагивая и едва не проливая кофе на стол.

- Нет, - замотала головой, растерянно усмехаясь. - Нет, конечно…

- Да. Именно. Поэтому вы такие…

- Ты не так все понимаешь. Князев - оборотень. А я с ними… никогда бы…

- Да какая разница, кто он? «На войне - как на войне», так говорят? Он тут заоблачно крут, а там - вообще казался Богом, наверняка. Уверена, там в него были влюблены все. И ты - тоже.

- Быть может, - пожала я плечами. - Но время романтики прошло, а реальность меня больно приложила…

- Князев тебя всё ещё хочет, - неожиданно заключила Лена, и потеряла дар речи. - Ты поэтому ему по морде залепила…

- Лен, не надо, прошу тебя, - попросила я сдавленно.

Подруга сосредоточенно потерла лоб и вздохнула:

- Просто, если у вас проблемы - то у нас они тоже есть. Ты нервничаешь, он - тоже…

- Лен, Князев работал в темноте под обстрелами, - возразила я, - ему нет дела до таких переживаний. И, нет, у него есть Роксана. И своя семья….

Только Лена смотрела на меня стекленеющим взглядом и все больше округляла глаза. А потом прикрыла их и болезненно поморщилась, крепко ругнувшись.

- Что? - осторожно спросила я.

- Князев воспитывает твоего ребёнка, - тихо постановила она.

Я застыла на какое-то время, пытаясь найти в себе силы отшутиться, но вместо этого спрятала лицо в ладонях, и по щекам покатились слезы. А Лена подхватила меня под руку и повела из кафетерия, поглаживая по спине.

- Бедна я девочка, - шептала она хмуро, а я давилась слезами.

Когда мы, наконец, оказались в ординаторской, Лена прижала меня к себе, и я разрыдалась у нее на груди. Впервые после всего произошедшего… Не вовремя, не в том месте, но ничего уже было не остановить. Когда в двери кто-то сунулся, Лена выгнала посетителя одним властным шиком, и мы снова остались одни.

Когда слезы кончились, я почувствовала себя совсем размотанной.