Книга Звёздочка для Демона, страница 59 – Лина Деева

От дружного хохота демонов стайка пичуг, ночевавших на ближайшем дереве, испуганно взлетела в бледно-голубое небо. Правда, смех почти сразу оборвался — Эктиарн зашёлся кашлем, и Флегетон бросился к нему, чтобы помочь приподняться и дать воды. А Гарм, несколько раз ошарашенно моргнув, вдруг широко ухмыльнулся и пообещал:

— Расскажу.

Тогда я тоже неуверенно улыбнулась и, всхлипнув напоследок, сказала:

— Я готова.

В древний, многое повидавший мир торжественно вступал новый день.

Самое удивительное, что когда мы вскорости добрались до весёлой серебристой речушки и встали лагерем на её пологом бережке, плакать мне расхотелось. Зато навалилась совершенно неподъёмная усталость, и я без возражений отправилась под сень раскидистого дуба-великана — отдыхать на импровизированную постели из свежесрезанных веток, накрытых верным полотнищем. Рядом на волокуше дремал Эктиарн, утомлённый дорогой и разговорами. В шелест листьев над нашими головами гармонично вплетались приветливый лепет реки и негромкие фразы, которыми время от времени перебрасывались хлопотавшие в лагере Гарм и Флегетон. Я не спала — грезила, и в этих грёзах настоящее причудливо перемешивалось с прошлым, таким давним, что забылись даже легенды о нём.

Мне виделась Гора-Град Меру — гигантский конус, за чью острую вершину цеплялся длинный шлейф из ледовых кристалликов, сдуваемых ветрами поднебесья. Склоны горы украшали многочисленные террасы: роскошные парки у основания плавно переходили в цветущие луга, те — в удивительные каменные сады, а последние — в искусно вырезанные из изумрудного и голубого льда скульптурные галереи. Сам же пик был оставлен нетронутым, и снег на нём сверкал так, что больно глазам.

«Вашим глазам».

Стоя на крохотном пятачке вершины мира, даже в полдень можно было увидеть звёзды. А если взлететь ещё выше, в чёрный холод, где нечем дышать и не на что опереться крыльям, то мир внизу изгибался огромным голубым шаром с белоснежными пятнами облаков.

«Эй, хватит смотреть на меня, как дети на знаменитого путешественника! Я там не был, а тот, кто был, ушёл в посмертие задолго до Прежних».

Тогдашние обитатели мира не строили жилища — им хватало просто мест для отдыха. И не особенно нуждались в пище, способные перестраивать себя так, чтобы получать энергию напрямую от солнца. Не было постоянных военных укреплений — их создавали при необходимости, а затем убирали, считая уродливыми и ненужными.

«С кем же вы воевали?»

Между собой, разумеется. Впрочем, достаточно редко — когда не нужно делить ресурсы, поводов для войны становится меньше.

«Можно глупый вопрос? Как выглядят метаморфы, ну, на самом деле?»

Как хотят.

Я беспокойно завозилась. Это воспоминание потянуло за собой другие — Гарма в землянке ренегатов, красноглазуютварь в отсветах костра, злорадно оскаленную зубастую пасть.

— Всё-таки не успеем.

В тихом голосе Гарма звучала неприкрытая тоска, но несмотря на это жутковатое видение испугалось и исчезло.

— И что теперь?

Эктиарн. Уже проснулся, оказывается.

— Без понятия. Я отправил герцогу вестницу — будем ждать распоряжений.

— Ладно тебе. — Сочувствие и понимание. — Ты и так сделал всё возможное.

— Значит, нужно было сделать и невозможное,— в тоне Гарма появилось глухое упрямство. — Чтобы ты не оказался одной ногой в посмертии, а пташка — на грани перманентной истерики от усталости и «приключений».