Книга Берегись этой чертовки! Том 1, страница 67 – Сода Айс

Можно было бы возмутиться: если так трясет от их присутствия, зачем вообще устраивать чаепитие? Но я не стала. Потому что знала: иначе нельзя. Она – главная героиня, которая обязана пережить определенные события, связанные с этими парнями. В конце концов, Юри – это персонаж, который не может изменить предначертанную судьбу. И те мужчины – тоже персонажи романа, именно поэтому они так легко и полюбили Юри. Пока я об этом думала, послышался голос, обладателю которого явно недоставало чувства самосохранения:

– Юри, не слишком ли скучное чаепитие выходит, если пригласить принца и оставить его в стороне? Мне как-то обидно: вы весь вечер шушукаетесь с моей невестой.

– Ах… прошу прощения, Ваше Высочество… Это непростительно с моей стороны.

– Ну, никогда не поздно начать беседу.

Оказывается, голос подал самая отвратительная из этих птиц. Знаете, о ком я? Иан Базилиос, настоящий дятел! Стоило только упомянуть о разрыве помолвки – сразу хвост поджал, а теперь, чуть время прошло, уже флиртует с другой прямо перед невестой. Очень хотелось закричать ему: «Ты, что ли, в восемнадцать лет до сих пор намеков не понимаешь?» Все-таки Иану я от всей души желала, чтобы его счастливая судьба изменила направление. Я уставилась в пустую чашку и, мило улыбнувшись, произнесла:

– О, Ваше Высочество. Похоже, вы не понимаете, что означает, когда две женщины шушукаются друг с другом в вашем присутствии.

– И что же это значит? Если ты снова примешься сыпать нелепыми оскорблениями…

– Нет, просто хочу сообщить вам о том, чего вы не знаете.

Я оборвала его холодно и решительно, поднимаясь со своего места. Иан дернулся и чуть побледнел. О, за пределами дворца, значит, чуть что коленки трясутся? Я ухмыльнулась. Было немного неловко перед хозяйкой, но пришло время заканчивать это скучное чаепитие. Честно говоря, сама Юри, кажется, тоже жаждала, чтобы ее кавалеры поскорее убрались.

– Эти… людишки… – я подняла чашку и поочередно указала ею на Иана, Джейка, выглядывающего из-за столика, оскалившегося Джека и Пикока, этого наглого плебея, который, оказывается, снова осмелился сюда приползти.

– …которые сидят перед нами…

И с презрительной усмешкой добавила:

– …настолько лишены всякой привлекательности, что с ними и парой слов перекинуться не хочется.

Договорив, я эффектно перевернула чашку. Густая, вязкая заварка неторопливо сползла по внутренней стороне чашки и шлепнулась на пол.

– Фу, ну что же никак не отлипнут? Упрямятся, цепляются… Ах да, я, конечно, про чаинки.

Хотя, разумеется, намек был ясен: ухажеры были ничуть не ценнее заварки. Поняли? Ухмыльнувшись, я резко встряхнула чашку, избавляясь от осадка, и затем изящным движением водрузила ее на стол. Повисла пауза. На несколько долгих секунд в комнате стало так тихо, как будто вайфай отвалился и ничего не грузится. Что, слишком сложная аналогия? Пришлось, скрестив руки на груди, любезно разъяснить:

– Что такое? Атмосфера вдруг стала не та? Ну что ж, возьму ответственность на себя.

И, указав на выход, вежливо добавила:

– Я лично прослежу, чтобы вы добрались до дома быстро, безопасно и с комфортом. Знаете, какие у Фоддебрат кареты? Первоклассные! Специально для вас отправлю. Так что ступайте домой, мойтесь и в кроватку, ничтожества.

* * *

– Найн.

«Да, миледи Мелисса».