Книга Мой любимый хаос. Книга 2, страница 93 – Татьяна Сотскова

Мысль была невозможной. Безумной. Самоубийственной. Шансы на успех были примерно как у снежка в самом жарком аду. Но в этом безумии была такая оглушительная, такая грандиозная красота, что у меня самой дыхание перехватило. Это был вызов, достойный моего оружия. Вызов, который могли оценить только здесь, среди этих отбросов, этих волков, которые не боятся смотреть в бездну.

И тогда я увидела это. В глазах Джеймса, которые все это время были прикованы ко мне, загорелась та самая, знакомая мне искра. Не просто холодный интерес или расчет. Это был настоящий, дикий, необузданный огонь. Огонь того, кто любит хаос. Тот самый, что пляшет в зрачках, когда смотришь в пропасть и решаешь не просто прыгнуть, а сделать на пути сальто, просто чтобы посмотреть, что будет.

Уголки его губ дрогнули. Это было даже не улыбка, а ее тень, ее обещание. И в этой гробовой, оглушающей тишине, полной сомнений и неверия, его голос прозвучал тихо, но так четко, что каждое слово отпечаталось в сознании, как удар молота о наковальню:

— Ладно. Расписывай подробнее.

И я расписала. И как можно захватить, причем с помощью моего нового оружия, икак улучшить, и как позже атаковать…

Джеймс не засмеялся. Не счёл нужным назвать это безумием или отмахнуться. Вместо этого он сделал несколько шагов ко мне, и его взгляд был таким же горячим и весомым, как раскалённый слиток металла. Казалось, он прожигал меня насквозь, выискивая в глубине души ту самую искру, из которой родилась эта идея.

— С воздуха… — прошептал он, и его голос был низким, с хрипотцой, в нём звучало нечто большее, чем просто одобрение. Это было похоже на молитву, на заклинание. — Они будут стоять там, внизу, и смотреть вверх. И вместо своего символа, своей власти… они увидят свой собственный страх, падающий на них с небес.

Он резко развернулся к своим ошеломлённым людям, его трость описала короткую дугу.

— Вы слышали? — его голос гремел теперь, наполняя всё пространство мастерской. — Мы устали царапаться у их ног, как крысы! Мы ударим их там, откуда они не ждут! С самих небес!

Его энтузиазм был настолько яростным и безоговорочным, что оказался заразительным. Я видела, как лица его людей менялись.

Сначала — полное неверие и шок. Потом — задумчивость, блуждающий взгляд, в котором уже прокручивались возможные сценарии. И наконец — первые искорки. Сначала у Лиры, чьи глаза сузились в расчетливом интересе. Потом у других. Их глаза начинали загораться тем же азартом, тем же жаждущим мести огнём.

— Это… чёрт возьми… грандиозно, — сказал Гаррет, медленно проводя языком по губам. И на его обычно угрюмом лице расплылась широкая, хищная улыбка, обнажившая жёлтые зубы. — Я уже представляю их рожи.

Джеймс снова повернулся ко мне. Его безумные глаза сияли таким восхищением, что у меня перехватило дыхание.

— Ты не перестаёшь меня удивлять, — произнёс он, и каждый звук был наполнен каким-то почти религиозным трепетом. — Абсолютное, чистое, беспримесное безумие. И оно… идеально.

— Захватить — это одно, — сказала я, заставляя свой голос звучать твёрдо и возвращая всех с небес на землю. — Но сделать это нужно тихо и быстро. Как хирургический разрез. Без лишнего шума, пока они не подняли тревогу на весь Лилилград.

Я снова взяла в руки свой жезл-дезинтегратор, ощущая его знакомый вес.