Книга Мой любимый хаос. Книга 2, страница 88 – Татьяна Сотскова

Дверь бесшумно открылась, и в зал вошёл худощавый мужчина в строгой одежде писаря, с пергаментом в руках.

— Советник Дарис соизволит принять вас, — произнёс он, и его голос был безжизненным, как скрип пера. — Пожалуйста, проследуйте за мной.

Но дело было не в словах, а в том, как на них смотрели стражники у дверей. Их взгляды, прежде просто бдительные, теперь были пристальными, изучающими, почти хищными. В них читалось не просто подозрение, а знание. Их распознали. Маски были сорваны ещё до начала представления.

Они пошли за писарем по длинному, пустынному коридору, и Анэн чувствовала, как по её спине бегут ледяные мурашки. Каждый шаг отдавался эхом в этой гулкой тишине.

Они шли не на встречу, а на допрос. Шли навстречу силе, которая, возможно, уже знала, кто они такие и откуда пришли. И от этой мысли кровь стыла в жилах.

Массивная дубовая дверь бесшумно отворилась, впуская их в просторный, строгий кабинет. За столом из тёмного полированного дерева сидел мужчина.

Он был высок и строен,его поза была собранной и непоколебимой. Но не это заставило их застыть на пороге. Его лицо, с острыми чертами и холодными, пронзительными глазами, было тем самым лицом, что смотрело на них с пожелтевших страниц учебников. И на его безупречном мундире сияло то самое, ненавистное золотое солнце.

Это был Дарис. Не абстрактная историческая фигура, а живой человек. Тот, чьи решения столетия назад определили судьбу магии и привели к созданию мира, из которого они сами прибыли.

Анэн невольно ахнула, сжимая руку отца. Она притянула его ближе и прошептала прямо в ухо, голос её дрожал от благоговейного ужаса:

— Отец, это… он? Тот самый? Тот, кого называют «Архитектором»?

Джек, не отводя взгляда от сидящего за столом человека, тихо, почти беззвучно кивнул. Его собственное лицо было маской, но в глазах бушевала буря.

— Кажется, да, — так же тихо ответил он. — Основатель. Тот, кто изменил ход истории. И мы только что вошли к нему в кабинет.

Ирония ситуации была настолько оглушительной, что у Максима перехватило дыхание. Они, продукт будущего, которое этот человек помог выковать, стояли здесь, в его прошлом, чтобы найти и обезвредить ту, чья деятельность угрожала его планам. Временная петля сомкнулась с жестокой, неумолимой логикой.

Дарис поднял на них взгляд. Его лицо не выражало ни удивления от их появления, ни гостеприимства. Лишь холодную, безразличную оценку, будто он разглядывал новый тип оружия или неисправный механизм.

Его голос, ровный и лишённый всяких эмоций, разрезал тяжёлую тишину:

— Так. Маги. Объяснитесь.

Воздух в кабинете сгустился, стал тягучим, как смола. Они замерли на пороге, и секунда растянулась в вечность. Они стояли не просто перед влиятельным советником, а перед живой легендой, чьи слова и решения, произнесённые здесь и сейчас, определят не только их собственную судьбу в этом чужом времени, но, возможно, и само существование того будущего, из которого они пришли. Грань между эпохами истончилась до толщины листа бумаги.

Джек сделал шаг вперёд. В его движении не было ни подобострастия, ни страха. Его спина выпрямилась, плечи расправились, а взгляд приобрёл ту самую сталь, которую знали все, кто имел дело с магом времени Джеком Талэо. Он перестал притворяться. Перед ними был властитель, и только другой властитель мог говоритьс ним на равных.