Книга Колдун ветра, страница 180 – Сьюзан Деннард

Сова не проявляла никакого интереса к огромному монстру, который принялся вылизываться, как кошка, начиная с окровавленного правого уха. Куда больше она была поглощена тем, чтобы найти среди валунов спуск к озеру. Добравшись до воды, девочка неуверенно повторила то, что делала Изольда, – зачерпнула воду и поднесла ко рту.

– Младшая сестра, – сказала ведьма, пока та пила. – Как твое настоящее имя?

Сова проигнорировала ее, и Изольда бросила беспомощный взгляд на Аэдуана.

Тот пожал плечами. В конце концов, Сова была бы не первым ребенком, который онемел от шока, побывав в гуще битвы.

Но ведьма нитей решила надавить:

– Ты же можешь говорить, младшая сестра? Знаешь название своего племени? Что-нибудь?

Сова просто продолжала плескаться в пруду, делая вид, будто Изольды рядом нет.

Тяжело вздохнув, девушка окончательно оставила свои попытки. Она встала и начала пробираться через камни. Даже в полумраке невозможно было не заметить, насколько она была грязной. Кончики черных волос посерели от пепла.

Это была не та ведьма, что загнала Аэдуана в угол у медвежьего капкана. И не та ведьма, что сражалась с ним в то же утро. Она безвозвратно изменилась.

Аэдуан знал это, потому что сам побывал на ее месте. Скоро Изольда – как и он раньше – узнает, что невозможно победить демона, который пробудился в тебе.

Теперь она обречена вечно разминать пальцы, крутить запястьями и шеей, чтобы быть готовой встретить следующего, кто умрет от ее руки. Кто не сможет от нее уйти.

А еще девушка будет мечтать о том, чтобы убежать от собственных кошмаров. Она будет куда-то нестись, сражаться и убивать, только чтобы обнаружить, что призраки реальны.

А они реальны.

Аэдуан задумался, не следует ли ему испытывать угрызения совести. В конце концов, ради него она заставила того колдуна распасться. Но парень не чувствовал ни жара в груди, ни тошноты в желудке. Так или иначе, ведьма должна была познать свою истинную природу.

– Твоя подруга снова двинулась в путь, – сказал он, когда Изольда села рядом с ним. С ее рук на камни капала вода. – Думаю, морем. Даже если бы ты не вернулась, то все равно не успела бы добраться до нее вовремя.

Изольда никак не отреагировала. Но она пристально смотрела в глаза Аэдуана, которые, как он точно знал, в этот момент горели красным. Ему потребовалась вся ведовская сила – то немногое, что у него осталось, – чтобы дотянуться и найти запах ведьмы истины.

– Семья Совы, скорее всего, мертва, – сказала девушка наконец, не сводя взгляда с Аэдуана.

– Скорее всего, – согласился он.

– Куда ты ее поведешь? Не думаю, что кто-то с готовностью примет в семью еще и горную летучую мышь.

Как всегда, она говорила очень спокойно, без эмоций, но в ее словах нельзя было не заметить намек на юмор.

Аэдуан включился в игру:

– Не думаю, что кто-то с готовностью примет и колдуна крови.

Губы девушки дрогнули, но она сдержалась.

– И Ткачиху тоже.

Слова упали как тяжелые камни.

Аэдуан не стал спорить. Да, именно ею она и была, а борьба с собственной природой приносила только боль. Иногда и смерть. Так что парень просто сказал:

– Монастырь Кар-Авена не отвергает никого.

– Даже горную летучую мышь?

Снова этот слабый намек на улыбку.

– Любого, пока он служит Кар-Авену.

Изольда застыла, и Аэдуан подумал, не слишком ли рано он заговорил. Смотреть в Пустоту – это трудно, но что делать, когда Пустота внутри тебя?