Книга Сделка на смерть, страница 104 – Софи Ким

Как же мне повезло, думала я, выскакивая из аптеки и возвращаясь в свою комнату. Мое горло сжималось от жажды. Чешуя и листья халджи. Теперь я точно выиграю эту игру. Я знаю, что выиграю.

Я закрыла дверь своей комнаты с широкой улыбкой. Сегодня вечером я отнесу чешую мятежникам. А пока…

Мой взгляд обратился на вялые, серые листья.

Я засучила рукава и приступила к работе.

Сан научил меня сворачивать сигареты, не имея ничего, кроме клочка пергамента. Достаточно было вырвать страницу из какой-нибудь одной ужасно скучной книги на столике возле дивана, чтобы накрутить себе сигарет.

Может быть, Руи был прав, подумала я, посмотрев на самокрутку, зажатую между пальцами. Возможно, я действительно на грани зависимости. Но я не могла остановиться. Проклятие, не могла. Мне нужна была эта горькая затяжка, чтобы почувствовать себя живой.

Я вдохнула дым и наконец-то ощутила некое подобие покоя. Закрыв глаза, можно было почти ощутить, что Сан сидит рядом и прикуривает свою сигарету под бледным светом луны. Я почти чувствовала, как прохладный ветер обдувает мое лицо, пока весь Сунпо спит, измученный после целого дня забот.

Слезы жгли мне глаза.

«Его больше нет», – шептал в моей голове тоненький голосок, жестокий и злобный, но честный.

Это была Мысль, тенью просочившаяся в мой разум и ласкающая его когтистым пальцем. И чья же это вина?

– Моя, – шептала я, глядя на дрожащие руки и выдыхая дым. – Это все моя вина.

– Ты ее достала. – Дживун качал головой и не мог поверить в то, что держит в руках банку с переливающейся змеиной чешуйкой. – Чешуя имуги. Даже не верится.

– Дай-ка посмотреть. – Мисук жадно схватила банку, прижалась лицом к стеклу. – Это действительно чешуя имуги, – подтвердила она мгновение спустя, и ее губы растянулись в широкой улыбке. – Будем надеяться, что никто не заметит пропажу.

– Маловероятно, что Кан заметит, – ответила я, вспоминая огромное количество предметов, спрятанных в плохо открывающемся ящике.

– Не будем исключать эту вероятность. – Дживун выпрямился. Он стоял у стола, и было видно, как его глаза за очками начинают пылать. – Я должен немедленно приступить к работе.

– Дживун отнесет ингредиенты в аптеку, – пояснила Мисук. – Он создаст смесь, пока мы будем разрабатывать наш план.

– Я закончу за неделю, до истечения твоих четырнадцати дней. – Дживун положил банку в свою сумку, легким движением перекинув ее через плечо.

Он направился к лестнице, но остановился в нескольких сантиметрах от меня.

– Теперь веди себя тихо, – сказал он. – Ханыль не должен ничего заподозрить. Понимаешь?

– Конечно.

– Хорошо. – Дживун повернулся к другим мятежникам: – К вам это тоже относится. Держитесь тише воды, ниже травы, особенно ты, Хангёль.

Хангёль кивнул. Дживун хлопнул меня по плечу.

– Да, кстати, – сказал он, – ты сработала отлично. Молодец, Лина.

Я едва заметно улыбнулась, и Дживун спустился по лестнице и исчез.

Мисук обернулась ко мне, сияя озорной улыбкой.

– За это надо выпить, – заявила она.

Кто бы мог подумать, что мятежники так хорошо разбираются в вине?

Я проснулась с сильнейшей головной болью, лежа поперек кровати. Глаза не желали открываться, голова была пуста. Я тупо уставилась на потолок.

Прошлой ночью мы с мятежниками пили без остановки прямо из бутылок, пока не закружилась голова. Любая мелочь казалась безумно смешной. Я с улыбкой вспомнила, как мы хохотали, играя в тхуджон[18]. В последний раз я играла в карты… еще с Когтями.