Книга Лев для Валерьянки, страница 23 – Анна Леденцовская

— Может быть… хм… и правда просто старый дом? — внезапно произнес Пьер, задумчиво теребя сережку в ухе. — Карги Лодраш не стало, а народ просто привык считать дом нехорошим? Она же была не такая, эта старуха, и характер у нее был сварливый. — Ну да! Только никто не знает, какая она была на самом деле, — подхватил рассуждения брата Феликс. — Все знали, что из двуликих, но не из нашего графства. Много кривотолков ходило. Наша бабка говорила, что помнила ее взрослой женщиной, когда сама еще девчонкой была. — Она так долго жила? Ого! — насторожилась Валерианна,осматриваясь и аккуратно заглядывая за ближайшую дверь. — Но можно же как-то вычислить? Какие из двуликих так долго живут? За дверью обнаружилась не очень уютная темная гостиная с продавленными, изрядно потертыми плюшевыми креслами, посеревшими от пыли вязаными салфеточками, торшером с гигантским аляповатым абажуром, похожим на огромный гриб. А еще с неожиданно изящным чайным резным столиком и таким же секретером с нотками восточного стиля. Они казались чужеродными элементами в этом обшарпанном интерьере и вызвали у Леры в душе бурю эстетического восторга. — Вау! Красота какая! — Забыв про все свои страхи, она кинулась ощупывать и осматривать найденные сокровища. — Вот всю бы мебель сюда такую. — Ага! Вот теперь все ясно. Это столик работы старых мастеров со змеиной ипостасью. Секрет-то прост. Для них несколько столетий и не срок, — обратив внимание на Валеркину находку, тут же с апломбом заявил Феликс. — Этим и паршивый характер объясняется, и то, что во втором облике ее никто не видел. Змеюки, они бе-е-е, лысые и в чешуйках. Такой никому не захочешь показаться.

— Ой, не факт! Это может быть и птичья ипостась. — Ник изящным жестом указал на камин, где на полочке стояла целая коллекция фигурок из бронзы. Котики, птички, черепашки и рыбки, кобра с капюшоном и девушка-танцовщица с острыми ушками и пушистым хвостом. — Литье из графства Беркьест. Там на скалах сплошь замки-гнезда. И у дам из рода Врановых или Совь-инов нрав ничуть не легче, чем у любой змейки.

— Точно! — Феликс, тряхнув кучерявой челкой, легко согласился с братом. — К нам же на годовщину папаши приезжали эти, как их? Пьер?

— Тетерлиньяхи. — Пьера аж перекосило от воспоминаний. — Их старшая все предлагала мне серьгами обменяться. Думала, я дурачок и не знаю, что у них это значит. Наглый пучок перьев! Чуть не сперла у меня сережку, когда снял почистить.

Громовой хохот парней и хихиканье Леры разнеслись по всему дому, когда он в красках начал пересказывать эту душераздирающую историю.

— Слушайте, а пойдемте уже ужинать. Тут неподалеку приличное место есть, так что и мисель не зазорно пригласить. Не какой-то там провонявший выпивкой трактир, а нормальная ресторация. — Феликс, как самый энергичный из троицы, уже успел сунуть нос за дверь напротив. — А то здесь в кухне только пыль. Еды нет.

Конечно, Лере было бы неплохо сначала обжиться и осмотреть свое приобретение, но братья Маерши непременно желали отметить ее вступление в наследство. А еще уверяли, что завтра они поступят в корпус, а там уже так просто симпатичную мисель поужинать не пригласишь. Во время учебы свободные часы были строго ограничены расписанием, особенно для приезжих оболтусов. Чтобы те не пустились во все тяжкие.