Книга Волчья ягода, страница 23 – Наталья Юрай

— Вот и прибыли! Скидовай покрову, в дом болезного понесем! — довольно резво Лешак соскочил с саней, приказав волкам: — а вы в дозор, чтобы мышь не пробежала!

С большим трудом — весу охотник был немалого — мы занесли раненого в неприметный с виду дом, за порогом которого я невольно раскрыла рот от удивления. Мне нравились оптические иллюзии на картинках, но когда перед тобой неказистое, зарытое по крышу в снег строение, за дверью которого прячутся огромные помещения, то хочется снова выскочить на улицу и ущипнуть себя.

— Оторопела? — улыбнулся старик, — Погоди, не то увидишь!

Обещание слегка пугало, но сейчас нужно было помочь Волче: кровь давно просочилась наружу, измочив одежду и почти не оставляя надежды на то, что крепкий молодой мужчина, выглядевшийсейчас бледнее простыни, выживет.

— Подсоби-ка!

— Как? Что делать-то?

— Сама знаешь, а и не знаешь, так вспомнишь, а и не вспомнишь, так само вылезет.

-Что вылезет?

— Ох, девка, не тебе меня пытать, будто не чуешь в себе силы!

— Не чую, дяденька, мне бы так-то поспать бы…

— Ну, поспи, поспи, дочка, — неожиданно быстро согласился Лешак, — вон в закуточке и прикорни.

Лишь голова коснулась лавки, я тут же провалилась в чёрную бездну..

Ощущение странной тяжести и того, что на меня кто-то смотрит, заставило раскрыть глаза. Я едва не закричала от испуга: на груди, слегка нахохлившись, сидел огромный чёрный ворон, который, если бы раскрыл крылья, дотянулся бы от макушки до пяток.

— А ну-ка то! Не замай девку, Золик! — в кожаном фартуке, выпачканном кровью, с закатанными рукавами и всклокоченной шевелюрой Лешак сейчас был похож на сумасшедшего хирурга.

— Птичка, слезь, — ласково попросила я.

Ворон деловито переступил с ноги на ногу, хрипло крикнул, словно тявкнул, и, больно оттолкнувшись от моего тела, перелетел на шест, видимо, специально установленный в странном доме.

— Вишь-ка, какого себе помощничка Волче словил. Выкормыш евонный.

— Здорово! — удивительное дело, чувствовал я себя отдохнувшей и бодрой, но сильно голодной.

Двое из четверых волков лежали перед лавкой, на которой я спала, положив морды на большие лапы, и только по шевелению рыжеватых бровей было понятно, что они не спускают с меня глаз, следя за каждым движением.

— Не боись сторожей, они уж более не тронут. В печку загляни, хлебушек для тебя припасен да киселёк овсяный, не побрезгай, красавица!

С удовольствием я съела всё, что было предложено гостеприимным хозяином, который неспешно смывал кровь с рук и одевался.

— Где Волче?

— Вона! — грязный палец ткнул в угол, где на куче какого-то тряпья мирно спал охотник. — Подымется и краше прежнего будет. Вот ужо Малушке радость-то! — Лешак усмехался, но его цепкий взгляд держал в прицеле моё лицо. — А я погляжу, мил тебе-ка то дружок?

— Чего это? Просто переживаю за человека.

Но старик ничего не ответил, лишь хмыкнул в усы и шикнул на навостривших уши волков.

А я подошла ближе к раненому. Оказалось, что спит он на нескольких перинах, укрытых сверху красивым тканым полотном со странным красно-черным узором. Что-то внутри меня, какое-то незнакомое волнующее чувство, заставило нагнуться и зачем-то поправить широкую повязку, убрать чуть влажные волосы с красивого лба, провести кончиками пальцев по тёмной брови.