Книга (Не)любимая невеста Императора дракона, страница 42 – Мира Влади

– Элина, тебе нужно название! – заявила она, её глаза горели энтузиазмом. – Твои снадобья уже по всей деревне гремят, а теперь и в городе о них говорят. Надо, чтобы вся столица, да что там – весь мир знал, что это твои зелья! Назови их как-нибудь красиво, чтобы сразу в душу западало.

Я рассмеялась, чувствуя, как её энергия заражает меня.

– Название? – переспросила я, растирая в ступке лепестки лунных колокольчиков. – А как их назвать? Просто «отвары Элины» звучит скучно.

– Ну уж нет! – Лия, заплетая свою длинную косу, покачала головой. – Надо что-то изящное, как у городских торговцев. Может, «Зелья лунного света»?

– Слишком обезличено, – фыркнула Кира, наливая скраб в маленькую глиняную баночку. – И звучит, будто мы ведьмы какие-то. А ты, Элина, больше похожа на… ну, на леди, которая знает толк в красоте.

– Точно! – Хлоя щёлкнула пальцами. – «Снадобья красоты мадам Элли»! Звучит так, будто ты из столицы, и сразу ясно, что это для красоты. Все городские дамы будут в восторге!

– Мадам Элли? – Я смущённо улыбнулась, чувствуя, как щёки розовеют. – Я же не какая-то важная леди. Просто Элина.

– Ой, не скромничай! – Хлоя подмигнула. – Ты делаешь чудеса, а это достойно титула. И потом, «мадам Элли» звучит так, что в столице все будут думать, что ты какая-нибудь таинственная знахарка с магическими секретами.

Девушки захихикали, и я, не удержавшись, присоединилась к их смеху. Название «Снадобья красоты мадам Элли» действительно звучало красиво, и я согласилась.

Но в глубине души я всё ещё боялась, что слава о моих снадобьях дойдёт до Тирона, до его драконов, до его совета магов. Что, если он узнает, где я прячусь?

Эти мысли холодили сердце, но я отгоняла их, сосредотачиваясь на работе, на смехе подруг, на тепле, которое они приносили в мою жизнь.

– Кстати, – Кира понизила голос, словно делилась запретным секретом, её тёмные кудри качнулись, когда она наклонилась ближе к столу. – Вы слышали, что волков опять видели недалеко от деревни? Говорят, огромные, с шерстью, чёрной, как ночь, и глазами, что горят, как угли в очаге. Я бы умерла от страха, если бы встретила такого в лесу, но…

Она мечтательно вздохнула, её пальцы замерли на баночке с маской.

– Есть в них что-то такое… дикое, сильное. Как будто из старых сказок,где герои сражаются с драконами и побеждают. Я слышала, они приходят в деревню по ночам, оборачиваются людьми и… ну, вы знаете.

Кира хихикнула, её щёки порозовели.

– Половина девушек в деревне уже хвастаются, что гуляли с волками. Они такие… обаятельные, что ли. Ни одна не устоит.

– Ох, не говори! – Лия прижала руки к груди, её глаза заблестели, как у ребёнка, которому рассказали о чуде. – Я видела одного, когда ходила за водой к ручью на закате. Он стоял на опушке, огромный, с серебристой шерстью, которая ловила последние лучи солнца. Его глаза… я клянусь, они смотрели прямо в душу. Он не двигался, просто смотрел, а потом ушёл в лес, как тень. Я чуть не упала, ноги подкосились, но… это было так красиво. Такая животная мощь в них чувствуется, такая свобода.

Она замолчала, её голос стал тише, почти благоговейным.

– А потом я узнала, что он обернулся человеком и болтал с Мартой у кузницы. Она потом три дня ходила, как в облаках, всё твердила, что он шутил с ней и подарил ей цветок. Говорит, он был таким галантным, что она чуть не растаяла.