Книга «Весомый» повод для скандала, страница 57 – Иванна Флокс

Мужчина помолчал, а потом улыбнулся, и в его глазах отразилась любовь к своему дитя.

— А знаешь, дочка, я думаю, что причина нынешнего поведения Арманда куда проще. Он просто почувствовал конкуренцию. Я видел, как на тебя смотрит тот герцог из столицы. Люциан дэ’Лэстер. Мужчины, особенно такие самовлюбленные, как Де Рош, не выносят, когда то, чтоони считали своей собственностью, вдруг вызывает интерес у другого, более статусного соперника. Он ревнует. И это сводит его с ума.

Я смотрела на отца и понимала, что он искренне верит в свою версию. Для него это была история о любви, гордости и ревности. Простая и понятная. Но мое нутро, обостренное опытом двух жизней, кричало, что все не так. Ревность не заставила бы Арманда опуститься столь низко и играть так грязно. Здесь пахло чем-то более весомым. Деньгами. Властью. Чем-то, что стоило в его глазах любых унижений.

Поблагодарив отца, я поднялась в свою комнату. Сердце бешено колотилось. Я стояла у окна, глядя на закат, окрасивший небо в багровые тона. Арманд что-то знал. Что-то, чего не замечала я. И единственный человек в этом городе, который, возможно, видел картину целиком и чьи интересы пока что совпадали с моими, был Люциан дэ’Лэстер.

Я еще не решила, можно ли ему доверять. Его поведение в кабинете Уоткенсов не оставляло сомнений — он вел свою опасную игру. Но сейчас этот мужчина казался мне единственным, кто мог пролить свет на тени, сгущающиеся вокруг меня.

Решившись, я подошла к письменному столу, достала лист пергамента и обмакнула перо в чернила.

«Герцог дэ’Лэстер,

Осмелюсь побеспокоить Вас просьбой о встрече. Мне бы хотелось обсудить один вопрос, который не дает покоя и, возможно, представляет взаимный интерес. Я буду завтра в полдень в парке у фонтана Тритонов.

Также надеюсь увидеть Бадена и убедиться, что с ним все в порядке.

С надеждой на Ваш ответ,

Элайна Делакур»

Бегло перечитала письмо. Оно было сдержанным, но в нем сквозила та самая тревога, что грызла меня изнутри. Аккуратно сложив и запечатав его сургучом, я позвала Манон.

— Дорогая, — обратилась к ней, протягивая заветный пергамент. — Мне нужно, чтобы это попало в руки герцогу дэ’Лэстеру. Лично. Только ему. Справишься?

Манон взяла короткое послание, ее глаза сверкнули любопытством и готовностью помочь. — Конечно, миледи. Не сомневайтесь во мне, — камеристка, поспешив спрятать письмо в карман пышной юбки, покинула комнату.

Оставшись в одиночестве, вновь взглянула на заходящее солнце. Шахматные фигуры были расставлены на доске, и я только что сделала свой первый ход. И теперь мне предстояло дождаться ответа от самого загадочного игрока во всем Вудхейвене…

Каин

Конверт с изящным почерком лежал на столе, словно крик о помощи. «Элайна Делакур». Я провел рукой по сургучной печати, ощущая под пальцами шероховатость воска.

Встреча…

Она просила о встрече.

Должен признать, это удивляло. Казалось, после случившегося на приеме Уоткенсов и совместных пряток за портьерой столь рассудительная девушка будет держаться от меня подальше. Элайна не доверяла мне, и с ее стороны такая осторожность была очень разумна.

Я отложил письмо и потянулся за своей старой, проверенной кожаной кирасой. Знакомый вес на плечах был куда приятнее, чем удушающий камзол герцога.