Книга «Весомый» повод для скандала, страница 169 – Иванна Флокс

— Арманд, прекрати! — упершись каблуками в паркет, зашипела раздраженно. — Я не хочу идти в сад. Там сыро.

— Ты пойдешь, — прорычал он, и маска влюбленного жениха окончательно сползла, обнажив перекошенное злобой и страхом лицо. — Не смей мне перечить, Элайна! Ты моя невеста, и будешь делать то, что я скажу!

Люди начали оборачиваться. Музыка споткнулась и затихла.

Я видела Оливера. Он стоял у колонны, не сводя с нас глаз. В его взгляде был приказ: «Уведи ее».

Теперь рядом с ним стоял и граф Уоткенс, бледный и трясущийся.

Я лихорадочно искала глазами помощь. Родители были в другом конце зала, зажатые толпой.

«Где же ты? Каин, Маркус… где вы?»

И тут, сквозь просвет в толпе, у самых дверей, я увидела знакомое лицо. Маркус. Он стоял, прислонившись к косяку, и едва заметно кивнул мне.

Время пришло.

Арманд дернул меня за руку с такой силой, что я едва не упала.

— Живо! — рявкнул он.

Я выдернула руку. Резко. Яростно. Так, что браслеты на моем запястье звякнули.

— НЕТ!

Этот крик перекрыл даже шум голосов в зале. Все замерли.

Я отступила на шаг, чувствуя, как за спиной вырастает надежная поддержка — отец. Он пробился сквозь толпу и теперь стоял рядом, готовый защищать.

— Что здесь происходит?! Граф, вы переходите границы! — пробасил он.

Наследник семьи Де Рош даже не взглянул на него, не сводя с меня глаз, горящих неприкрытой ненавистью.

— Что с тобой? — зашипел Арманд, не ожидавший такого отпора. — Ты что, истерику решила закатить?

Я выпрямилась во весь рост. Сейчас. Сейчас я верну ему все. Каждое слово. Каждую слезу той девочки,которую он убил.

— С меня хватит, — произнесла я громко, и мой голос, звенящий от стали, разнесся под сводами зала. — Хватит этого цирка! Пошутили, и пора заканчивать!

Арманд застыл, открыв рот. Он не узнавал эти интонации. Но я видела, как они узнаваемы для других.

— Я не намерена плодить детей со слабоумным самодуром! — бросила я ему в лицо его же чуть измененные слова, отчеканивая каждый слог.

По залу пронесся вздох. Кто-то ахнул. Арманд побагровел, его глаза вылезли из орбит.

— Что… что ты несешь?! — взвизгнул он, озираясь по сторонам, ища поддержки отца. — Элайна, закрой рот! Ты пьяна?!

— Пьяна? — я рассмеялась, и этот смех был острым, как лезвие моего стилета. — Нет, граф. Я наконец-то протрезвела. Посмотрела на вас и поняла…

Я сделала паузу, наслаждаясь его ужасом.

— Я не потерплю такого унижения! — закричал он, пытаясь перехватить инициативу. — Это недопустимо! Как ты смеешь так разговаривать со своим женихом?!

— Согласна, ваше сиятельство! — перебила я его, повышая голос. — Недопустимо! Недопустимо вместо жениха подсовывать мне… это… безобразие!

Я обвела его взглядом, полным того самого уничтожающего презрения, которым он когда-то наградил Элайну. Сверху вниз. Как на грязь, налипшую на подошву.

— Вы правда думали, граф, что я, Элайна Делакур, захочу связать свою жизнь с этим? Вы — позор для своего рода и посмешище для моего! Свадьба отменяется!

Арманд стоял, хватая ртом воздух, уничтоженный, раздавленный собственным ядом, который я вернула ему сторицей. Оливер Де Рош отделился от колонны, его лицо было багровым от гнева, он двинулся к нам, и я увидела, как рука герцога потянулась под камзол…

Но он не успел.

Тяжелые двустворчатые двери в дальнем конце зала дрогнули и медленно, с тягучим, зловещим скрипом, начали открываться. Не было ни лакея, объявляющего гостя, ни фанфар. Только этот звук, разрезавший тишину, заставил сотни голов повернуться в едином порыве.