Книга «Весомый» повод для скандала, страница 106 – Иванна Флокс

Видимо давал время осмыслить его слова.

— Я надеюсь, вы понимаете, о чем я, герцог дэ’Лэстер, — продолжил Оливер, и дружелюбие в его голосе стало тоньше лезвия ножа. — Полагаю, такой проницательный человек, как вы, не станет питать никаких… необоснованных надежд относительно чужой невесты.

Это была не дружеская беседа, а предупреждение, облеченное в светскую любезность.

— В скором будущем состоится свадьба. Хочу, чтобы вы знали.

Я смотрел на него, и все, что чувствовал к Элайне — восхищение, ярость, ревность, ликование — сплелось в тугой узел, смешиваясь с кипящим под кожей гневом, направленным на этого гнусного вора, вознамеревшегося погубить и обобрать семью Делакур.

— Будущее, герцог, — произнес я тихо, все с той же вежливой улыбкой, — порой преподносит сюрпризы. Даже самым уверенным в себе людям. Приятного вечера.

Не дав ему ответить, я кивнул и пошел прочь. Стараясь сосредоточить мысли на работе, которой планировал заняться после захода солнца… Хоть на чем-то, что я еще мог контролировать.

Но в голове у меня звучали только два открытия, сделанные сегодня. Первое: Элайна неравнодушна ко мне, возможно ее чувства не столь глубоки, но я ей интересен... Второе: Оливер Де Рош всерьез опасается моего присутствия рядом с ней.

Ситуация усложнилась. Моя небрежность и излишняя заинтересованность леди Делакур привлекли внимание. Но теперь дело приобретало иной смысл, ведь с каждым днем становилось личным… На кону стояли не только жизни похищенных людей, но и мое будущее… Будущее, которое я не планировал, но теперь желал…

Арманд

Воздух в кабинете отца был густым и едким, словно пропитанным ядовитым дымом от сгоревших амбиций. Арманд стоял посреди роскошного ковра, чувствуя себя не наследником могущественного рода, а школяром, пойманным на воровстве. Каждый мускул его тела был напряжен до дрожи, а в ушах до сих пор стоял оглушительный грохот отцовского голоса, разносившийся по всему особняку с момента их возвращения с охоты.

Оливер Де Рош метался по кабинету, как раненый вепрь в загоне. Его фигура, облаченная в дорогой бархатный халат, казалось, излучала жар ярости. Он с размаху швырнул тяжелую хрустальную пепельницу в камин, и та разбилась вдребезги о мраморную стойку, осыпав огонь дождем алмазных осколков.

— Ничтожество! Безмозглое, бесполезное ничтожество! — его рык заставлял дребезжать стекла в окнах. — Я потратил годы на создание идеальной репутации, никогда не проигрывал, выверяя каждый свой шаг! Месяцы ушли на то, чтобы осторожно подобраться к упрямому ослу — Эдгару! А ты! Ты, кусок беспомощного мяса, не можешь удержать даже бесхребетную дуру, которая с момента собственного дебюта по тебе сохла!

Маргарита, бледная как полотно, робко прикоснулась к руке мужа, ее пальцы подрагивали.

— Оливер, умоляю, успокойся... Ты несправедлив к нему, — голос женщины был тонким, словно комариный писк. — Арманд пытается. Он унижается перед этой... перед Элайной. Ты же не представляешь, через что ему приходится проходить! Он вынужден терпеть ее капризы, ее колкости... Девчонка ведь совсем распустилась после той истории. А он... он старается вернуть ее расположение. Это так унизительно для мужчины его положения!

Оливер резко рванулся к ней, и Маргарита отпрянула, испуганно прикрыв лицо руками. Он не ударил ее, но его черты, искаженные гримасой бешенства, были страшнее любой пощечины.