Книга Развод с генералом. Дважды истинная, страница 25 – Кристина Юраш

Потому что дракон узнаёт свою истинную не по лицу.

А по пульсу в её крови. По дрожи в её голосе. По запаху. По тому, как её душа кричит моей, даже когда она говорит: «Уходи».
Она больше не была несчастным дитенышем, которого хотелось уберечь.

Алира стояла передо мной — прекрасная, яростная, свободная. И я понял: я потерял её не тогда, когда сказал «Я не хочу тебя».

Я потерял её, когда на пару мгновений поверил, что репутация в глазах общества намного важнее жертвы.

— А теперь что? — Алира сглотнула, словно пытаясь проглотить свой собственный яд. — Резко захотелось? Ах, она прекрасна! Ах, я снова хочу быть твоим мужем!

— Как это случилось? — спросил я, хотя мне это было не важно. Хотя нет, важно. Что вернуло ее прежнюю? Кто это сделал? Почему сейчас?Неужели, все, что случилось в гостинной, это была проверка? Неужели она знала, что скоро станет прежней?

Я не знал, что и думать.

— Тебе какая разница?! — произнесла Алира, гордо вскинув голову. — Случилось и случилось! Хорошо, скажу так. Я смогла! Я! Сама! Не муж, который прилюдно обнимал свою любовницу! Не добрый волшебник! Не падающая звездочка «Загадай желание»! Я сама смогла это сделать. Родовая магия!

Дракон видел, что это - не иллюзия. Лицо настоящее. Хотя какая разница? Ему было плевать на ее лицо. Плевать на внешность.Он больше не разрывался от жалости и заботы, вдыхая ее "больной" запах. Он просто хотел ее.

— Всё. Ты свободен. Иди к своей Эллен, — произнесла Алира. — Там тебя красавица твоя ждет, заждалась уже, небось! Когда ее миленький явится? Когда колечко будем выбирать? Или уже выбрали?

Я чувствовал, как удары обрушиваются на меня. И они были пострашнее пролетающих в сантиметре от лица смертоносных заклинаний.

— Мы возвращаемся домой, — произнес я, понимая, что дракон не уйдет без нее.

— Возвращаешься ты! Я у себя дома! — произнесла Алира. — Ты отверг меня. Поэтому я сейчас отвергаю тебя!

Её запах — горький чай, дым и… свежесть. Та самая, что была у неё до проклятия. И это сводило меня с ума. Потому что я знал: это не возвращение. Это прощание.

«Она моя. Даже если метка мертва. Даже если она ненавидит. Она — моя. И я заберу её обратно. Сейчас. Здесь. Пусть кричит. Пусть бьёт. Я не отпущу», — пронесся в голове рёв дракона.

“Если ты сейчас прикоснёшься к ней — ты станешь тем, кого ты убивал перед построением. Не драконом. Насильником. И отец будет прав: ты — не генерал. Ты — зверь без чести!”, — сжал кулаки я.

— Я не отвергал тебя, — произнёс я. — Я всегда заботился о тебе… Да, ты права. Я не видел в тебе женщину. Потому что чувствовал, что ты ранена. А раненых женщин может тронуть только последний подонок! И за это я отрываю голову перед всем строем! Медленно и с хрустом. Чтобы видели, что бывает с теми, кто посмел тронуть раненую женщину! Пусть она- жена врага. Это не повод.

— Нет. Ты отверг не мою внешность. Ты отверг МЕНЯ! Меня! Ту, что скрыта под этим куском мяса, которое так нравится мужчинам! — произнесла она, беря и щипая себя за щеку.

Я видел, что она сгорает от боли.

— На которое они облизываются, как голодные звери! Они не думают о том, что однажды эта красота померкнет! Состарится! Сморщится! Об этом они не думают! Ты ничем от них не отличаешься, Иар! Ничем! Поэтому убирайся! Между нами всё кончено!