Книга Планета из золота, страница 91 – Даниэль Брэйн

Я просчитывала варианты, чтобы моими соавторами стали хотя бы те светила, кого я знаю. У Макберти осталась вдова, и я хотела связаться с ней и получить разрешение на единоличное продолжение научных исследований ее покойного мужа.

Лже-Наранг притворялся мертвым пару дней, пока ему не надоело есть через зонд, и пришлось спешно каяться. Дэвид рассказывал, что ему удалось выдоить из Наранга номер два, или Ричарда Неро, находившегося в галактическом розыске шестой год.

Несмотря на ухищрения, близкие к паранойе, полностью сохранить в тайне свою работу профессор не смог. Хакер, именем которого Неро делиться отказывался наотрез – пусть Дэвид убеждал меня, что это вопрос времени – очень тщательно мониторил корреспонденцию, которую с любых раскопок отправляли да хоть жене.

Миссис Макберти была филологом, и письма профессора деталей не содержали. Все, что получил Неро от хакера, это некий «Перст Зевса» с заманчивыми характеристиками: если его выпить, можно умереть, а при распаде вещества выделяется газ, убивающий моментально, причем этот газ держится несколько минут в полуметре от поверхности земли. Профессор выдвинул это как гипотезу, но хакер был не дурак и продал информацию как достоверную.

Хакер был не дурак дважды: он нашел нескольких покупателей, в том числе Неро и Олафа, он же Наранг номер один. Именно Олаф смог выкрасть кейс, отправленный на экспертизу, но затем ему перестало везти и курьера перехватила таможня. Перстпопал на Гайю и дальше – ко мне, Олаф предположил, что кейс вернут на место находок, и не то чтобы он поделился догадками с конкурентами, но и скрыть это от них не удалось.

Въехать на закрытую Эос было непросто, и Неро и Олаф воспользовались моментом, когда настоящий Наранг прилетел на Астру. Остальные от Перста были вынуждены отказаться, потому что диспетчер на Астре работой был не перегружен и пересчитал бы количество Нарангов. Кроме того, «Перегрины» были раритетами, особенно пригодные для межпланетных перелетов.

Неро не подозревал, что «Перст» у нас. Я тоже была в шоке, но когда узнала о его свойствах.

– Или гипотеза Макберти неверна, или мы выжили чудом, – проговорила я, держа палец на экране планшета на описании предполагаемых свойств. – Если Перст выделяет ядовитый газ, то мы, Дэвид, можем праздновать второй день рождения. Вы не помните, какого числа я разбила этот чертов кувшин?

Был ли Макберти прав, могла ответить современная химическая лаборатория, и я перечитала трижды свой запрос, прежде чем отправить его нескольким адресатам – от своего руководства до ученых советов различных влиятельных академий. Как бы то ни было, сюда стоит отправить серьезную экспедицию.

Я надеялась еще раз получить визу на Эос. Проклятая планета сумела влюбить в себя против моей собственной воли, я находила в этом стокгольмский синдром, но мне было плевать.

Я сидела в беседке и слушала, как с капитаном спасателей ругается Наранг. Инженером он действительно был крутым, и пусть наш катер из пепла восстановить он не смог, но катер Олафа открыл влегкую, и теперь шел жаркий спор, как транспортировать улику на Гайю.

Я в этой дискуссии участия не принимала.

Догорал закат, яркие краски чертили небо, пролетала стая каких-то птиц. Я откинулась на шезлонге, жалея, что утром нам улетать. Все заканчивается, и даже если я сюда и вернусь…