Онлайн книга «Мой муж – чудовище»
|
– Мразь, – выплюнула я и с ненавистью тряхнула голову Юфимии. Мы скоро приедем, это не будет длиться вечно. За каретой наверняка пустилась погоня – не может быть, чтобы в той стычке погибли все до единого, я не хотела об этом думать. Выстрелов было мало, но запах крови силен. – Второй убийца погиб там, в лесу? Филипп убил его в ту ночь? – Откуда я знаю! – Юфимия закатила глаза. – Не знаю я, сколько их было! Меня этот поганец подбил уже после того, как ваша Летисия отошла в чертоги. Если бы она сказала что-то иное, то, что могло унизить Летисию, оскорбить ее смерть, я прикончила бы эту лживую гадину своими руками. – Как погибла Летисия? Говори! – Знать не знаю, – поспешно ответила Юфимия, но я ей поверила. Возможно, то, о чем догадалась я, и было истиной. – Я-то видела, что она в горячке, так понятно же, от чего. Ночной огонь, скверная штука… – Юфимия хрипло засмеялась. Удивительная она, не может исключать, что для нее это все кончится хуже, чем для меня. – Филипп еще раньше заходил в сараи, так тогда я не видела, чем он там в дерьме-то рылся. Ночной огонь. Сепсис. Заражение крови. Они убили Летисию хладнокровно, обдуманно, лишь потому, что им нужно было кого-то убить. Волосы под пальцами ослабели – я не ослабила хватку, я выдрала у Юфимии целый клок, но она почему-то терпела. Филипп заранее испачкал лопатку в скотных сараях. Опаснее для любых ран, чем протухшее мясо, только испражнения, ему ли, охотнику, это не знать. – Ты все поняла в ту ночь, когда Летисия умирала, – глухо проговорила я. – Она не звала, она называла. Называла имя убийцы. Так? Говори! И Юфимия внезапно заплакала. Она будто обмякла, напряжение из ее тела ушло. И если бы я не была уже научена опытом, я отпустила бы ее волосы – но нет, именно мои главенство и превосходство давали мне шанс. – Я сказала ему, ваша милость. Тогда, у постели ее, и сказала, что знаю, кто все затеял. Что оборотня никакого нет. Что Летисия ваша всю ночь твердила, кто ей рану нанес. Там еще, в лесу. И про то, что в сарай он заходил, припомнила. Филипп заходил, я ему и сказала… Из бессвязного бормотания я вычленяла главное, не отвлекаясь на спутанность речей и обрывки фраз – и ни на секунду не допуская, что я прощу то, что они оба сделали. – Почему ты не пошла к моему мужу? – Я стиснула пальцы. Как я хотела бы сжать их на горле жадной, коварной, двуличной женщины. Священник отпустил бы сей грех, и Ясные простили мне эту смерть. – Ты знала, что нет никакого оборотня. Почему никому ничего не сказала? – Жадность, ваша милость. Филипп как хотел? Что, мол, зверь лютует, его ловят все тут, а нападение на карету, которая подати в село везет, так то браконьеры, как его милость ни скрывал, а все знали… А с Филиппа-то что, какой спрос, ушел искать оборотня да пропал, пусть армия да полиция в лесах рыщет. Мне бы милорду сказать, а я думала – ну что бы мне не уйти вместе с ним?.. Денег на всех хватит… Почему не шагнуть так легко во Тьму. Догадаться, кто убил ни в чем не повинных людей, кто затеял всю эту мерзость, и вместо того, чтобы сообщить лорду-рыцарю, шантажировать убийцу самой. – Мне даже держать тебя так противно, – выдохнула я. Почему с нами сидит Томас? В какой момент он вступил в сговор с этими чудовищами? Как он здесь оказался и почему помог мне, вернее, старался помочь, и не его вина, что не вышло. – Но я не отпущу тебя, потому что, пока я держу, ты не дергаешься. Где тело Летисии? |