Книга Мой муж – чудовище, страница 2 – Даниэль Брэйн

Оборотня?

Летисия поймала мой полный ужаса взгляд и покачала головой.

– Это сделал не человек и не зверь, миледи. Филипп видел тело, а он был охотником. Я верю его словам.

Я отвернулась к окну. Шторы были плотно задернуты, но я и так знала, что там – звенящая от мороза тишина, голый лес за оградой усадьбы, нетронутые человеком и зверем горы снега, низкие зимние облака, в просвет между которыми выглядывает луна. Сегодня – огромная, белая, налитая до краев опасностью. Полная луна – кошмар, о котором забыли на много лет, наваждение, от которого некогда бежали и прятались, но ни спрятаться, ни убежать не могли и даже теперь продолжали считать проклятием.

Когда-то, в те времена, когда мой престарелый прадед был еще мальчиком, оборотней изгнали из наших земель. И, как рассказывал прадед, изгнали крестьяне, измученные страхом за родных, уставшие от того, что рыцари месяц за месяцем приносят в жертву их жен и сестер, младших братьев, немощных матерей, отцов-стариков. Бойня была жестокая, землю залили кровью людей и нелюдей, но крестьянам было за что воевать, к ним присоединилась взбунтовавшаяся армия, оборотни покорились силе и гневу и ушли. Возможно, туда, где люди еще не преисполнились отчаянием. Никто вот уже почти сотню лет не видел на наших землях чудовищ, и только охотники изредка стращали ими селянок, посмеиваясь в усы.

– Филипп ошибается, – проговорила я, все еще глядя на занавешенное окно. Я попыталась вообразить за ним мелькнувшую горбатую тень – именно поэтому шторы традиционно были светлыми, – но не вышло.

За окном царило спокойствие, и не было ни одной живой души.

Земли, находящиеся под протекцией лорда Вейтворта, далеко от границы. До них, разумеется, можно дойти не то что за месяц – за пару недель, но зачем? Почему именно здесь? Пахотные и охотничьи угодья, летом в русле реки добыча золотого песка, кроме нас, ни одной влиятельной и богатой семьи, – эти земли принадлежали короне, или, возможно, в этом все дело, кто-то вернулся туда, где удар окажется сильнее всего?

– Подай мне платье, – обернувшись, негромко, но очень твердо приказала я. Летисия сдавленно ахнула.

Дочь в семье – собственность отца. Жена – собственность мужа. Имущество, как лошадь или карета. Но если моего мужа не могут найти, я становлюсь леди-рыцарем. Ответственной перед королем за эти земли до тех пор, пока не назначат нового рыцаря.

Я была к этому не готова, но я хотела узнать все из первых уст.

Я одевалась, и руки мои дрожали, а грудь словно стискивал жесткий обруч. Мне было сложно дышать, я никак не могла попасть в рукава, ноги выскальзывали из туфель. То, что я делала, могло оказаться фатальным. Пока в доме полиция, никто не посмеет сказать мне ни слова, наоборот, но это в том случае, если не появится муж. Потому что если он появится, я не могу предсказать, что меня ждет.

Летисия затянула шнурки на корсете, но не отпускала руки, словно хотела предостеречь меня от ошибки.

– Вы уверены в этом, миледи? – прошептала она.

– Ясные создания хранят короля, – ответила я так, как могла отвечать только та, кто была свободной, и Летисия опустила руки.

Я повернулась к ней, и горничная, поправив выбившуюся прядь из моей наспех сделанной прически, пролепетала:

– Если лорд Вейтворт вернется?..

– Я заранее благодарна тебе за все. – Я попробовала улыбнуться, но вышло натянуто, неуверенно, потому что мы понимали обе, что может случиться после того, как я выйду за дверь моей комнаты.