Книга Тыквенно-пряный парень, страница 78 – Соль Валентайн

– Может, вам договориться с мэрией и поставить летом столики на улице? – спрашивает Кир.

– Идея отличная, но это точно не ко мне. Всеми документами занимается Мария Январовна, да и летом я уже вряд ли смогу работать. Надеюсь все же куда-нибудь поступить. Ты, кстати, определился?

– Ну, – Кир пожимает плечами, – если случится чудо, и я-таки закончу школу, то думаю про колледж.

– А почему не ушел после девятого класса?

– Мама сказала: закончи одиннадцать – и делай, что хочешь. Я, правда, вообще ничего не хочу, мне нравится спорт. Думаю, пойду в физкультурный, попробую выучиться на тренера. Им физика ни к чему.

Я фыркаю, вспоминая давнюю подругу. Когда-то мы жили в одном подъезде и очень дружили, она возилась со мной, как с младшей сестренкой. Соня была старше на пять лет и с детства серьезно занималась фигурным катанием. Так вот, когда она поступила в университет, то щедро делилась впечатлениями: оказывается, помимо прочих непростых предметов им преподают теоретическую механику.

Но я решаю оставить Киру надежду. Вдруг он станет гениальным тренером? Он действительно умеет находить общий язык с людьми. Несмотря на репутацию среди учителей.

– Почему ты вдруг решил со мной дружить? – спрашиваю я.

Кир пожимает плечами.

– Захотел. Уважаю тех, кто не прогибается под мажоров.

– А почему ты не любишь Лукина? Помог мне тогда, и сейчас дружишь против него.

– Да ничего особенного, Аль. Просто соперничество. Я вырос в среднестатистической бедной семье, с боем вырывал себе место под солнцем в школе. Парням вообще сложнее, только дай повод побить друг другу рожи. Лукин был из другой компании, весь такой нагловатый мажорчик. Вот мы периодически и сталкивались. То его компания отпинает наших, то мы подкараулим и поваялем их в грязи. А тут такой удачный повод его слить появился. Короче, я ему завидовал.

Я смеюсь. Сегодня прямо вечер откровений. И это дает мне надежду на то, что план, так тщательно подготовленный, выстрелит. И я узнаю, кто этот тыквенно-пряный парень.

– Но мы уже переросли детские ссоры. Нормально общаемся. Андрюха стал адекватнее, и я попроще. Так что можешь не париться. Кстати, он больше не спит у тебя на кухне?

– Нет, вернулся домой. Не знаю, чем все кончилось, но вроде отъезд не планируется. Так что пока можно выдохнуть.

– Да уж, – фыркает Кир, – выдыхай.

Я хмурюсь, не до конца понимая, что он имеет в виду, но парень уже убегает в подсобку, чтобы принести заканчивающиеся стаканчики.

Этот вечер я жду сильнее, чем Новый год. В подсобке висит платье, старенькое, но нежно любимое. И туфли на высоченном каблуке, честно выклянченные у ба на день рождения пару лет назад. Тогда я больше всего на свете мечтала о таких туфлях, а когда получила, обнаружила, что кеды в разы удобнее и милее. Но для особых случаев вроде этого хранила. Еще в кармане сумки лежит припрятанная афиша. Мы сделали рекламки, чтобы всегда лежали на стойке, и на одной из них я планирую попросить автограф.

Я просто обязана вычислить нашего благодетеля и причинить ему какое-нибудь добро. У каждого из подозреваемых есть мотив, возможность и… алиби.

А у меня – секретный план, который уже скоро откроет мне главную тайну последнего месяца.

Если бы не Кир, я бы не справилась. Рита больше не приходит помогать (даже не знаю, придет ли на концерт), Игорь сдает зачеты и ходит на сессию, едва успевая работать, пока я в школе. Мария Январовна занята личными проблемами племянника, а ба я напрягать не хочу, возраст уже не тот, чтобы работать физически. Андрей тоже куда-то пропал, но я даже не могу злиться. В последнее время он явно загружен внезапно объявившимся отцом, и у меня не хватает наглости его дергать.