Книга Смерть заберет с собой осень, страница 90 – Эмма Рид Джонсон

Часть моей футболки пропиталась его слезами и липла к коже. Он продолжал рыдать и извиняться, но я не мог больше этого выносить. Каждое его слово хлестало меня по щекам, и единственное, чего я хотел, – это чтобы всё поскорее закончилось.

Я устал.

Просто устал.

И не только я – все.

Отец и мама, брат, врачи. Мы так долго сражались за то, чего не достичь, что все выдохлись. Достигли своего лимита. Больше ни у кого из нас не осталось сил притворяться и выдавливать фальшивые улыбки.

Мы просто устали…

Над нами раздавались голоса. Кто-то звал меня по имени, но я ничего не слышал, монотонно поглаживая отца по спине. Всё происходящее казалось не более чем странным фильмом, который крутили изо дня в день, а сейчас была та самая мерзкая и отвратительная часть, показанная в замедленной съёмке, чтобы зритель смог полностью впитать весь негатив, словно губка.

Меня подняли на ноги.

Я видел маму, упавшую перед отцом. Она трясла его за плечи, утирая тыльной стороной ладони скатывающиеся слёзы.

Это было странно. Неправильно. Всё вокруг было не таким, каким должно быть. Наверное, всё это просто мне снилось.

– Да, – прошептал я, отворачиваясь от родителей. Передо мной появилось обеспокоенное лицо Юки-куна, который что-то говорил мне, но его слова лишь слегка касались моего слуха, ускользая куда-то дальше. – Наверное, это всё сон. Наверное, я и правда упал на рельсы и был раздавлен, а сейчас… – Я привалился к стене. – А сейчас просто та самая «жизнь после смерти». Не так я себе это представлял, Юки, но я рад, что мой мозг смог придумать тебя…

Я не плакал, не кричал, не проклинал, не бормотал, не жаловался, не сопротивлялся.

Если коротко – я ничего не делал.

Юки-кун заботливо отвёл меня в ванную. Умыл прохладной водой, чтобы хоть немного привести в чувства. Затем усадил на стиральную машину и начал осматривать мои коленки на наличие порезов от битого стекла. Я в это же время как-то машинально тёр часть лица полотенцем, чувствуя лишь то, что мои веки словно налились свинцом.

Так ничего и не обнаружив, он помог мне слезть и, обняв за плечи, повёл обратно в комнату.

В коридоре мы столкнулись с мамой, которая как раз шла выбрасывать собранные осколки. Она грустно посмотрела на нас и, обменявшись с Юки-куном выразительным взглядом, будто они наладили мысленный контакт, пропустила нас в сторону.

– Он извинялся, – сухо произнёс я. – Он ещё никогда не извинялся.

– Зря я это сделал. – Юки-кун собрал всё с пола и кинул в дальний угол комнаты, после чего взял меня за руку и отвёл к кровати. – Не стоило тебе видеть его в таком состоянии.

Я вцепился пальцами в одеяло, откидывая его в сторону.

Да, не каждый хочет или готов видеть родителя в таком жалком состоянии и осознавать, что именно он до него и довёл, но… но я смог увидеть отца с новой стороны.

– Раньше мне казалось, что ему всё равно на меня и моё самочувствие. – Я забрался на кровать с ногами и отполз к дальнему краю. – Он редко появлялся дома, всё чаще пропадал на работе, и, казалось, нарочно избегал меня. – Я закусил губу, стараясь не вспоминать произошедшее, но надломанный отцовский голос снова и снова вспыхивал в моём сознании. – Хотя да, он действительно избегал меня, но не из-за того, что не любил, наоборот – ему ведь было больно смотреть на меня, своего ребёнка, и осознавать, что скоро меня не станет.