Книга Смерть заберет с собой осень, страница 141 – Эмма Рид Джонсон

– Акира…

– Я…

– Постой. – Юки склонил голову к плечу. Его губы дрогнули, а на дне глаз будто что-то промелькнуло. – Скажешь мне это на той стороне, договорились?

Я нервно сглотнул. Чувствовал, как по щеке стекает слеза за слезой. Такие холодные, липкие и горькие. Я не знал, кому следовало продать душу, чтобы жизнь не прекращалась. Чтобы мы, такие уставшие, но счастливые, спустились с этой треклятой горы и поехали к морю.

Осталось совсем чуть-чуть.

– Чем бы ни закончился этот день, – на одном дыхании вымолвил Юки, – я последую за тобой, Акира.

Мне оставалось только горестно улыбнуться, чувствуя, как белая вуаль снега ложится на нас тенью:

– До встречи в следующей жизни.

Дорогие мама и папа!

Вероятно, я поступаю очень подло и эгоистично по отношению к вам, но у меня больше нет сил притворяться, что все будет так, как и раньше. Мы все это знаем. И знали еще задолго до этого дня.

Простите.

Простите, что я так подло хватаюсь за последние мгновения своей ускользающей жизни, но проводить их в стенах больниц было бы худшим из всех решений. Я хочу познать себя и реальность вокруг. Узнать, каково это – увидеть мир во всех его красках, со всеми его прелестями и опасностями, которые мне всегда были доступны, но которые я игнорировал, боясь вас разочаровать.

Простите…

Об этой вольности я и мечтать не мог, но чего теперь стоят эти мечты?

Я вас очень люблю и знаю, что вы любите меня. Вы все. Но я считаю, что куда легче, если вы не будете знать, что со мной: жив я или нет; греюсь на пляже под золотистыми лучами солнца или мои кости тлеют под землей. Думайте о лучшем, пожалуйста. Считайте меня счастливцем, который ушел во все тяжкие ради праздных удовольствий. Вините меня. Ругайте. Но не думайте о том, что меня уже может не быть совсем, хорошо?

Я не один. У меня есть друг, который позаботится обо мне. Поверьте, ему я готов доверить свою жизнь, потому что знаю: Юки-кун – надежный человек, который способен разделить со мной эту ношу. Верьте и вы ему, хорошо?

Я хочу, чтобы у вас и у Асахи с Мэй все было хорошо. Вы это заслужили.

Отец, будь с ним мягче и ради меня, пожалуйста, если у моего братца когда-нибудь будут дети, побалуй их. Будь самым потрясающим дедушкой, к которому они будут тянуться. Своди их в парк, купи сладкой ваты и расскажи сказку про юки-онну!

Мама, моя любимая дорогая мама. Я знаю, что тебе будет очень больно. Будь у меня возможность, я бы упал тебе в ноги и молил бы о прощении еще много лет, но прошу – нет, не так – умоляю, не утопай в печали и горе. У меня все будет хорошо, а ты не забывай о себе. В мире столько всего потрясающего! Порадуй отца и брата своим фирменным гюдоном! Асахи его просто обожает.

Асахи… извини меня за то, что я был таким плохим братом. Я верил, что наши с тобой отношения – череда соревнований за родительскую любовь, в которых я из раза в раз проигрывал. Теперь я понимаю, как сильно ошибался. Надеюсь, что у вас с Мэй все будет замечательно, потому что вы отличная пара с прекрасным будущим.

Я не знаю, что еще сказать. Хочу извиниться в тысячный раз, но едва ли это сгладит углы от моего поступка. Просто хочу еще раз напомнить, что я вас люблю. Очень. И я вам благодарен за ту жизнь, которая у меня была – пускай в связи с некоторыми обстоятельствами и не такая насыщенная, какой могла бы быть.