Книга Смерть заберет с собой осень, страница 108 – Эмма Рид Джонсон

– Эй, ты чего там развалился? – Откуда-то сверху показалась голова Юки-куна. Он взирал на меня с озорной улыбкой. – Холодно, ты ведь заболеешь.

Я какое-то время смотрел на него, ничего не отвечая. Заболеть казалось уже таким незначительным, потому что каждый вечер я начинал ощущать как последний.

– Ты чего? – Улыбка сошла с его лица и сменилась лёгким беспокойством. – Эй-й, Акира…

В одной из стен крепости появился небольшой разъём, в который он пролез. Как я мог заметить, сразу после снег вновь залатал дыру, и мы остались заперты в снежной башне. Юки-кун плюхнулся рядом и, обхватив руками колени, с интересом смотрел на меня.

– Что-то случилось? – Его вопрос звучал как попытка нащупать почву, и этот ответ он искал на моём лице. – Я…

– Нет, всё нормально. – Я резко сел, чем заставил его от неожиданности дёрнуться. – Просто мне стало кое-что очень интересно, и я задумался.

– Стало интересно? Что же?

– Да. – Мои мысли были где-то далеко. – Что ты будешь делать, когда я умру?

Мог поспорить, что мои слова сделали ему очень больно, из-за чего мне стало неловко. Я говорил об этом уже довольно спокойно, скорее даже буднично, словно речь шла не о моей скорой кончине, а про поход в зал с игровыми автоматами.

Юки-кун долго всматривался в моё лицо, будто ожидал прочитать на нём что-то конкретное, а потом просто отодвинулся и покачал головой:

– А что ты хочешь, чтобы я сделал?

– Э-э-э?.. – протянул я, пальцем расковыривая в сугробе ямку. – Не знаю. Ничего, наверное. – Подумав ещё какое-то время, я всё же начал утвердительно кивать в такт своим словам: – Если бы я знал, то не спрашивал, а сказал бы прямо.

– Ты? Сказать прямо? – прыснул Юки-кун, и уголок его губ пополз вверх. – Ну да-а.

Он приподнял руки, словно признавая поражение, когда я подхватил очередную горсть снега и чуть обиженно бросил в него. Правда, снег растаял до того, как коснулся его лица.

– Да шучу я, – пробормотал он. – Ну, если честно, то я и сам не знаю. Могу умереть вместе с тобой, если хочешь.

От услышанного я забыл, как дышать и уж тем более шевелиться. Он сказал это до того спокойно и просто, будто умереть для него – дело трёх секунд; словно у него не было ничего, ради чего стоило бы жить.

– Разве ёкаи могут умереть? – скинув с себя пелену растерянности, пробормотал я. – Вы же типа как бы не люди.

– В нашем мире даже ками могут умереть, что уж говорить про каких-то там ёкаев. – Он пожал плечами, равнодушно всматриваясь в стену за мной. – Ну так что, хочешь, чтобы я умер с тобой?

Я не торопился отвечать.

Разумеется, я не был настолько большим эгоистом, чтобы просить его о подобном, но меня поражала эта открытость и лёгкость, с которой он говорил о своей возможной смерти: неужели пытался спародировать меня? Но я всё-таки говорил о таком скорее от безысходности, чем от большого желания поскорее лечь в могилу. Пускай жизнь и сложна, но я всегда любил сложные вызовы и загадки, и если бы мне дали шанс пожить чуть дольше, то я бы им воспользовался.

Наверное.

Все жё операцию я этим шансом не считал по вполне понятным причинам, скорее тормозом и тем, что заберёт у меня драгоценные месяцы, недели, дни, часы, минуты и секунды. Растратит моё оставшееся время на очередную боль и проблемы.

– Нет, – мотнул головой и сморщил нос я. – Конечно же нет. Ещё чего удумал!