Книга Прикосновение, что нежнее ветра, страница 39 – Евгения Кловер

Я резко обернулась в сторону подруги, та в свою очередь замерла на месте, выгнув бровь. Поза моя со стороны была странная — я опиралась на одну руку, чуть склонившись к подушке, и занесла над ней ладонь второй руки.

— Надеюсь, ты не занималась сама с собой непотребствами, пока я в соседней комнате?!

Я покраснела, тут же вернулась в горизонтальное положение на спине, не в силах взглянуть на парня рядом. Сама не понимаю, что сейчас творила, для какой цели. Наверняка, виновата температура и спутанное сознание из-за нее.

— В одной из коробок есть аптечка. — Тихо произнес Кирилл. Краем глаза заметила движение, парень соскользнул с кровати. — Я же медик, у меня она на все случаи жизни. Откройте.

Он так быстро прошел сквозь стену, что я успела увидеть только размытый силуэт его спины. Ничего не сказал о моей глупой выходке, сбежал, и неловкость повисла между нами как ненужный балласт.

— Принеси, пожалуйста, канцелярский нож из верхнего ящика на кухне. — Сказала подруге, опуская взгляд на коробки и выбираясь с постели.

Та округлила глаза и замотала головой.

— Ты не можешь лазить по чужим вещам! Как и быть уверена в том, что там есть жаропонижающее.

— Оно там есть. — Тихо ответила на протест. — Здесь раньше жил студент-медик.

Если Даша и удивилась моей осведомленности, то ничего не сказала. Немного поколебавшись, все же ушла по направлению кухни и притащила канцелярский нож. Вместе мы принялись поочередно вскрывать картонные коробки, будто вспарывали чье-то брюхо.

Большие наушники Marshall, грамоты, благодарственные письма, медали за беговые марафоны на разные дистанции, стопка открыток и приглашений, перевязанных лентой, студенческий билет в чехле, часы с потертым кожаным ремешком, солнцезащитные очки-авиаторы, классический черный зонт, ежедневники, средства для укладки волос для мужчин, бритва, гели, собранные в большой комок шнурки, пакетики для уборки за собаками на улице, уйма проводов, выключенный телефон, от уголка которого пошла трещина, пачка презервативов. Я смотрела на вещи и мысленно расставляла их по своим местам в квартире. Представляла, как Кирилл просыпается и босиком в боксерах идет умываться и брить лицо, как надевает на руку часы, затягивая ремешок, варит кофе и пока завтракает пробегается быстро глазами по новостной ленте.

Глаза стали слезиться еще больше, но из-за жара ли, теперь не разобрать. Даша молчала. Когда я призналась, что хозяин квартиры скончался, она стала бледнее мела. И уверена, что теперь списывала мою грусть на чувство жалости. Я же не жалела Графова, я тосковала за него по той жизни, что была у парня.

Подруга просмотрела еще одну коробку, там оказались вещи. Во второй тонна макулатуры.

— Вот и аптечка! — Дари указала на четвертую коробку, выдохнув с облегчением.

Копошиться в вещах покойника, ей точно не нравилось. Лекарств тут было не так много, но все по делу, к выбору медикаментов он подошел со знанием. Я выпила жаропонижающее и легла под одеяло.

— Если буду нужна, зови. — Даша обняла подушку и замерла в дверном проеме. — Я поеду от тебя часов в шесть утра, чтобы успеть заскочить в общежитие за конспектами. Диван перед уходом сама соберу обратно. Но только скажи и я прогуляю пары, не хочется оставлять тебя одну.

— Спасибо. Справлюсь.