Книга За что наказывают учеников, страница 231 – Наталья Корнева

— Скажи мне, старший брат, — едва завидя Яниэра, поджидавший его Элиар поднялся со скамейки и решительно шагнул навстречу, — после исцеления от черного мора тело Учителя окрепло достаточно, чтобы выдержать ритуал дознания?

От этого неожиданного вопроса Яниэр вздрогнул и пристально посмотрел на соученика.

— Ты и в самом деле осмелишься сделать это? — Он холодно поджал губы. — Осмелишься вторгнуться в его разум и стереть память только потому, что тебе так вздумалось? Но что останется тогда от Учителя? Да, тело его выдержит. Однако, проведя ритуал дознания, ты уничтожишь не тело, но саму его личность.

Элиар неуверенно передернул плечами.

— Не личность… — гортанный голос прозвучал встревоженно. — Только те воспоминания, что причиняют боль. Я могу разорвать все нити, что связывают душу Красного Феникса с дурным прошлым… особенно с его второй жизнью… краткой и полной страданий. Учителю станет проще жить, не помня зла.

— Нет, — как можно мягче возразил Яниэр, отчаянно пытаясь найти аргументы, чтобы усовестить своенравного и упертого соученика. Учитель все еще слишком слаб и не сможет противиться ментальному вторжению, если подобное взбредет в голову Элиару. — Это тебе станет проще жить, если он не будет помнить. Ты хочешьсделать Учителя полностью удобным для тебя, заключить его в клеть беспамятства. Это жестоко и безответственно.

— Ты ошибаешься! — с накопившейся за последние дни бессильной злобой резко ответил Элиар. — Я думаю о душевном спокойствии Учителя, а не о своем. Я в любом случае буду испытывать чувство вины. Но, вспоминая прошлое, Учитель страдает — и будет продолжать страдать. Я хочу избавить его от боли. Хочу, чтобы в новую жизнь он вошел без тяжкого груза на сердце.

— Тогда, может быть, ты спросишь у него самого, желает ли он забвения? — с невозмутимым видом предложил Яниэр, кажется, найдя подходящее решение. — Если ты все делаешь правильно, то Учитель, безусловно, с радостью согласится с тобой и добровольно откроет тебе свою ментальную защиту, предав в твои руки свои вновь обретенные воспоминания.

Элиар кинул на него беспомощный взгляд и промолчал. Это молчание не на шутку беспокоило — неужели упрямец по-прежнему стоит на своем?

— Взгляни на Аверия — хочешь, чтобы и с Учителем стало так же? — в сердцах воскликнул Яниэр. — Ты ведь не можешь до такой степени заботиться о нем против его воли?

— Если я сохраню ему память о том, что было, он меня никогда не простит, — едва слышно выдохнул Черный жрец, отведя в сторону угрюмый взгляд.

Яниэр отрицательно качнул головой.

— Ты не можешь знать этого наверняка. Сердце Красного Феникса велико и непостижимо. Он — тот, кто способен явить милосердие после гнева. Но, изведя под корень воспоминания, ты точно никогда не получишь прощения, ведь Учитель даже не будет знать, за что тебя нужно простить. Лишив Красного Феникса памяти, ты взрастишь в его душе не прощение, а ненависть. Ты добьешься прямо противоположного: рано или поздно сердце его почувствует ложь и отвернется от тебя. А ты продолжишь чувствовать тяжесть вины.

— Почему ты говоришь мне это? — хмуро пробормотал Элиар, начиная выходить из себя. — Разве ты не знаешь, что я убийца и предатель? Прощение невозможно для таких как я. Поэтому не стоит и надеяться.

— Дело не в том, кем ты был… а в том, кем ты стал, — с несвойственным ему напором серьезно сказал Яниэр. — Даже если ты и был убийцей и предателем, все это в прошлом. В настоящем же ты сделался спасителем целого мира. Ты солнце, что поднялось из черной бездны. Солнце, которое мы ждали.