Книга За что наказывают учеников, страница 224 – Наталья Корнева

Улица тянулась и тянулась, наконец выведя его на пристань, где взору открывалось бескрайнее Полуденное море.

— На побережье красиво, — вдруг прозвенел у него за спиной чистый детский голосок. — Я люблю приходить сюда на закате.

С замиранием сердца Элиар обернулся. Перед ним стоял изысканно одетый мальчик лет девяти-десяти, очень красивый, изящный, с широко распахнутыми глазами в пол-лица. Такими знакомыми яркими глазами цвета циан, глядящими одновременно нежно и строго.

Элиар почувствовал себя так, будто его оглушили резким ударом по затылку: он встретился с тем, с кем встретиться было уже невозможно, — с Учителем во дни его далекого, давно прошедшего детства. Донельзя шокированный, Черный жрец присел, чтобы оказаться с маленьким собеседником на одном уровне.

— Лестер? — осторожно позвал Элиар и обмер. Имя сорвалось с уст непроизвольно… сокровенное имя, которое нельзя произносить вслух таким, как он.

Вдруг показалось совершенно естественным обратиться к ребенку интимным вторым именем, словно Элиар ему — близкий друг. И до чего приятно: на языке словно разливалась неизреченная медовая сладость.

Конечно, Элиар знал, что когда-то, во дни эпохи Затмения, Учитель тоже был ребенком, но представить этого воочию никак не мог. Как не мог представить и то, что пережил наставник, потеряв Лианор в конце той эпохи. Эта огромная, невосполнимая утрата, должно быть, сильно повлияла на характер Красного Феникса…

— Ты знаешь, кто я? — наивно удивился маленький Учитель, узнаваемым движением чуть приподняв брови. — Откуда? Не замечал тебя раньше.

А теперь Элиар внезапно понял: потеряв Лианор, в душе Учитель навеки остался хрупким осиротевшим ребенком, лишившимся дома. Здесь, в мучительной памяти о Лианоре, скрывалась его хрупкость.

— Мы виделись, но не здесь, — ласково заметил Черный жрец, придав своему голосу увещевательные нотки. — Ты просто подзабыл немного.

— Это ты, Элиар? — маленький Учитель смешно наморщил носик, будто припоминая. — Я ждал тебя. Ты пришел, чтобы увести меня отсюда?

Черный жрец вздрогнул, когда услышал эти слова, полные наивной детской надежды. В груди защемило. Его узнали и называют по имени! Душа Учителя помнила его… помнила, даже находясь на последней черте, самой границе смерти!

Впрочем, внезапно с горечьюсообразил Элиар, и сам он сейчас находится в состоянии не лучшем, чем Учитель, а скорее всего — в гораздо худшем. Прекрасная тонкая игла музыки Яниэра, насквозь пронзившая его сердце в Красных покоях, пригвоздила Элиара к этому потустороннему месту, где царила не-жизнь и не-смерть. Именно поэтому его теневая проекция сумела оказаться здесь, в мире видений, на последнем рубеже существования разума. Должно быть, в привычной реальности сердце Элиара уже перестало биться, и истекающее кровью тело медленно умирало. Уже очень скоро сумрачная плоть его покинет призрачное царство грез и растворится в великой пустоте небытия. Но прежде, воспользовавшись временным зазором меж мирами, он должен помочь Красному Фениксу возродиться к жизни.

Пока все развивалось как нельзя благополучно: в огромной предсмертной грезе размером с целый Лианор он быстро отыскал душу Учителя. Но как быть теперь? Как убедить его светлость мессира Элирия Лестера Лара воплотиться безмерно могущественным фениксом, что парит на крыльях огня, если наставник находится в состоянии младенчества и мыслит по-младенчески?