Книга Забытый принц, страница 67 – Ева Винтер

– Леди Эйлиин, – постучал в мою дверь Эрл.

– Иду! – крикнула я, испытывая невыносимое желание уменьшиться в размерах и спрятаться в цветочном горшке вместе со своей мэтли.

Еще раз бросила взгляд на отражение в зеркале и отправилась на выход. Спускалась я, глядя лишь себе под ноги. С меня станется наступить на юбку и слететь кубарем. Судя по тому, как стихли разговоры в гостиной, все взгляды сейчас были устремлены на мое грациозное шествие. И я оказалась права. Когда все возможные препятствия оказались позади, я окинула взглядом свою изумленную публику.

– Здорово, да? – первой пришла в себя Блэр.

– Я так рада, что вы не послушали мою дочь и не пришили шипы к платью, – тихо сказала мама, обращаясь к швее.

– О, не переживай. – Моя улыбка напоминала оскал. – Я перед выходом пропитаю ткань парализующим зельем. Вот это будет сюрприз для того, кто вдруг захочет со мной потанцевать.

– Эйлиин! – возмутилась бабушка.

– Что? – наигранно удивленно спросила я. – Парализующее зелье – это гуманно.

В меня полетела подушка.

– Ладно! Ладно! – Я подняла руки в жесте «сдаюсь». – Есть идея получше. Давайте к подолу пришьем плотоядные цветы! Ну такие, с зубами. Они будут кусать за ноги любого, кто захочет нарушить мое личное пространство.

Швея выронила что-то из рук. Со стороны мамы и сестры в меня полетели еще две подушки.

– Да что вам не нравится? – улыбнулась я. – Шикарная идея! Лучше нее может быть лишь вариант пришить плотоядные цветы, которые не только кусаются, но еще и плюются ядом.

– Эйлиин! – одновременно взвыли мама, бабушка Алисандра и тетушка Феона.

– Это ж надо такое придумать! – возмутилась бабушка.

– Ты в своем уме вообще? – вторила ей мама.

– Ты никогда не выйдешь замуж с таким скверным характером! – причитала тетка.

– Тебя даже во дворец не пустят, такое платье можно расценить как угрозу обществу, – закатила глаза Блэр.

– Вот и чудненько, – обрадовалась я.

И в этот воистину эпический момент заговорил тихий угол в лице Эмоджин:

– А есть еще такие, которые стреляют ядовитыми шипами. Цветы дьявола называются. Их яд лишает рассудка и частично парализует на несколько дней. Эти цветы можно зачаровать. – Она сказала это с таким спокойным видом, будто говорила о рецепте яблочного пирога.

В комнате воцарилась оглушающая тишина, в которой было слышно, как в руках тетушки Феоны затряслась чашечка на блюдце. Все присутствующие посмотрели на Эмоджин так, словно эту прелестную идею выдвинул внезапно заговоривший комод. Швея на подкосившихся ногах с шумом рухнула в кресло. У Эрла нервно задергался глаз. Я еле сдержалась, чтобы не захохотать.

Только бабушка Алисандра собралась что-то сказать, как в дверь постучали. И это всех так сильно заинтересовало, что дамы не отрываясь смотрели, как Эрл не спеша открыл дверь, забрал у курьера конверт и с невозмутимым видом преподнес мне его на серебряном подносе. Я практически ощущала, как взгляды всех присутствующих обжигают мои пальцы, вскрывающие послание. Надеюсь, я не переменилась в лице, когда прочла:

* * *

Из дома я выходила под всеобщие укоризненные взгляды. Но никто не возражал. Видимо здраво расценив, что оставшаяся часть вечера пройдет гораздо лучше, если кто-то вроде меня не будет подкидывать дельные советы о том, как можно сделать из платья оружие против общества.