Книга Мы ненавидим всех. Преданные, страница 95 – Таша Мисник

Я настигаю ее и хватаю за горло. Приколачиваю головой к спинке дивана и смотрю ей прямо в глаза. В эти лживые, подлые глаза, которые любил. Ради которых был готов на все.

– Эй! – рявкает Тео. – Убери руки! – Он быстро натягивает боксеры, подрывается на ноги и оттаскивает меня от Астры, вцепившись в мое плечо.

Не раздумывая, я бью его с разворота локтем. Не торможу и наношу следующий удар в челюсть. Тео падает на пол, хватаясь за лицо. Мелани вскрикивает. Эмма визжит:

– Алонсо, сделай что-нибудь!

Я замахиваюсь снова, но отец перехватывает мою руку в паре дюймов от лица Тео.

– Эта сука того не стоит, – грубо заявляет он, ловя мой взгляд. – Мы и так достаточно замарались в дерьме из-за какой-то шлюхи.

– Не смей так о ней говорить! – огрызается Тео. И это первый раз на моей памяти, когда он перечит моему отцу. От этого я зверею еще больше, но вместо того, чтобы нанести очередной удар, я выпрямляюсь на ногах.

– Ты прав. – Запыхавшись, перевожу взгляд с отца на Астру. – Эта сука того не стоит. Она ничего не стоит.

В глазах Астры стоят слезы. Она выглядит беспомощно и жалко, но я больше не поверю, не поведусь, не куплюсь. Нет. Хватит.

Хватит пудрить мне мозг.

Хватит.

Я заканчиваю ее игру раз и навсегда. Я больше никогда не буду игрушкой.

Хватит.

– Пусть убирается, – выплевываю я, взглянув на нее в последний раз. Прощай, Ревендж.

Астра вскакивает с дивана. Полуголая. Уязвленная. Сгорающая от стыда.

Ну и пусть.

Она хватает свою сумочку, брошенную рядом с туфлями, и, смахивая слезы, убегает, не попытавшись извиниться хотя бы перед Мелани. Осколки моего разбитого сердца катятся по ее следу. Она придавливает их дверью, захлопывая ее за своей спиной.

Пусть.

Оно мне больше не потребуется.

***

– Тео, как ты мог? – первой не выдерживает Мелани.

– Мел… Мама… – Взгляд сожалеющего и раскаявшегося щенка мечется между женщинами, но ни одна, ни другая не желают смотреть на Тео и уж тем более слушать его оправдания.

– Оденься. – Отец подбирает с пола штаны и рубашку, бросает одежду Тео и отходит подальше, засунув руки в карманы брюк.

Уверен, отец хочет ударить Тео. Я вижу, как ходят туда-обратно желваки на его скулах и взбухают вены на шее. Но он держится, потому что мальчиком для битья всегда служил только я. Только со мной он никогда не сдерживался, ведь у меня не было панических атак, вызванных тяжелым прошлым. Ведь у меня не было и тяжелого прошлого, как считает мой отец – он же всегда отваливал на мое содержание кучу бабок, будто я дорогостоящий питомец, а не его родной сын.

– Ты унизил меня на весь город! – сквозь рыдания отзывается Мелани.

Эмма обнимает ее за плечи и утешает шепотом:

– Я уверена, этому должно быть объяснение, дорогая…

– Ты, блядь, серьезно?! – громко возмущаюсь я. Нервы скручены в узлы. Я даже не понимаю: кричу я или смеюсь во весь голос.

– Дарио… – бормочет робкая Эмма.

– Ну так давай, найди это гребаное оправдание. Расскажи, как же так случилось, что твой покорный и замечательный со всех сторон сынок изменил своей невесте с моей девушкой!

– С твоей девушкой? – всхлипывает Мелани.

– Уже бывшей. Она мне больше никто.

– Так, значит, помощница Тео и есть та сука, с который ты размолотил мой «Макларен»? – вклинивается отец, испепеляя меня взглядом. – Астра Аллен и девка в красном парике с записей видеонаблюдения – один человек? – Он прищуривается, подступая ко мне.