Книга Мы ненавидим всех. Месть, страница 121 – Таша Мисник

Тео запинается и растирает руками лицо. Ему сложно говорить. Ему сложно вспоминать то, что ему наверняка внушали забыть. Зная наше прошлое, учитывая травмы и потери, которые мы оба понесли, я уверена, что не только мое искалеченное сознание и больное подсознание пытались излечить психотерапевты.

– Давай смочим горло. Я закажу еще выпивки. – Я дергаюсь, чтобы встать со стула, но Тео останавливает меня, обхватив мое запястье.

– Нет. Позволь мне закончить. – В его взгляде помимо алкоголя плещется вина. Она настолько сильная и ощутимая, что я невольно опускаюсь обратно на стул, занимая место напротив Тео.

– Хорошо.

Его шероховатая рука касается тыльной стороны моей ладони и неторопливо скользит к кончикам пальцев. Я вижу, как подрагивает его кисть, когда он ласкает мою кожу, на пару секунд задерживается у ногтей, а затем отпускает мою руку и сцепляет свои в замок. Оказывается, все это время я не дышала, ощущая лишь, как колотится в груди мое сердце. Такой простой жест, но в него вложено столько нежности, что мне хочется разрыдаться, броситься в объятия Тео и прошептать, что я прощаю его.

Если бы Энзо видел меня сейчас, он был бы разочарован. Хотя куда еще больше. Он и так наверняка считает меня предательницей. А теперь убедился бы, что я еще и сентиментальная тряпка.

На всякий случай я убираю свою руку под стол. Чтобы она больше не путала мои мысли. От внимания Тео не ускользает мое действие, но он никак это не комментирует. Лишь только его взгляд немного тускнеет. Хотя, возможно, это все выдумки моей хмельной головы.

– Я помню тот день, как будто это было вчера, – внезапно продолжает Тео. – Помню, как увидел тебя снова. Как ты запрыгнула ко мне на руки, едва не свалив с ног. Тем летом тебе уже исполнилось пятнадцать… Я смотрел на тебя и думал: «Боже, какая же она красивая». Я так хотел тебе об этом сказать, но у меня не было подходящих слов, чтобы описать то, что я чувствовал в тот момент. Поэтому я поцеловал тебя.

Мне нужно выпить. Срочно.

Иначе из моего рта вырвется много лишнего. Иначе я проболтаюсь о том, что тоже отчетливо помню тот поцелуй. И ту ночь, в которую вылилась наша юная любовь.

Я рыскаю взглядом по столу в поисках недопитой порции текилы и – удача! – нахожу полупустой шот, который точно поджидал меня.

Я безмолвно извиняюсь перед Тео и опрокидываю залпом стопку, на миг зажмуривая глаза. Он лишь понимающе кивает, но не прекращает вспоминать день, когда в последний раз существовало понятие «нас».

– Я все помню, Астра. Не думай, что я забыл. Не думай, что я бросил тебя. Все было совсем не так. Когда мне исполнилось восемнадцать, я действительно хотел вернуться за тобой. Именно тогда состоялась моя первая ссора с мамой. Но я был настроен серьезно. Я ведь обещал тебе. И Энзо тоже обещал. Говорил, что помогу вам выбраться из того дерьма, но… – Тео запускает руку в волосы на затылке. – Когда я собирал вещи и был готов лететь в Уэльс, у меня состоялся серьезный разговор с Алонсо. Он всегда относился ко мне, как к родному сыну. Уважал меня, поддерживал, радовался моим успехам в спорте и не давал отчаяться в трудные моменты. В конце концов он всегда верил в меня. С самого начала, Астра. Он все время повторял, что я буду звездой NBA. В то время как мой родной отец только и причитал, что я впустую трачу время, гоняя мяч. Ты, наверное, этого даже не помнишь…