Книга В сердце Бостона. Демоны внутри нас, страница 138 – Таша Мисник

Я прохожу вглубь гостиной, сажусь напротив панорамного окна и широко раскидываю руки по спинке дивана. Запрокидываю голову. Делаю глубокий вдох. Еще один. Сердце почему-то бешено стучит. Я закрываю глаза. Открываю. И встречаюсь с видом из моего окна.

– Ну привет, Бостон. – Я принимаю из стальных рук Сен рокс с темным ромом. – Вот мы снова встретились. – Делаю глоток и пристально вглядываюсь в небоскребы, прорывающие пиками облака. Солнце село. Небо полно огней, но это не звезды. Это Бостон и его миллион светил. – Не надоело испытывать меня на прочность?

Тот Бостон молчит. А я, наоборот, стал слишком разговорчив. Мне нужно столько всего сказать ей, столько объяснить.

– Ваша рубашка готова, Бостон, – вскоре уведомляет Сен.

– Спасибо. – Я отставляю рокс на стеклянный кофейный столик – реставрацию после буйства Скайлар у меня в гостиной.

Скай.

Я замираю от внезапной мысли о ней. Не то чтобы я о ней не думал все эти годы. Конечно, думал. Перекручивал ситуацию миллионы раз. Но так и не простил нас обоих. Ее и себя. Уже в тот день я должен был почувствовать неладное. Должен был предвидеть, предотвратить. Должен был быть мягче,терпимее, внимательнее. И она бы не сделала то, что сделала. Я до сих пор не знаю, как она решилась убить нашего ребенка. Я ведь не отказался ни от нее, ни от него. Я не хотел, чтобы все так вышло… Скайлар бы точно прожила прекрасную жизнь. Она ее заслужила, но… Скай решила иначе.

– Бостон, ваша «Шевроле» отремонтирована и ждет вас на парковочном месте Б1. – Сен выводит меня из раздумий.

– Хорошая новость. – Я набрасываю поверх черной рубашки пальто.

– Машина прошла диагностику. Никаких внешних и внутренних повреждений обнаружено не было.

– Замечательно, Сен.

– Что-нибудь еще?

– Да, приберись в доме. За два года здесь поднакопилось пыли.

***

«Шевроле» довозит меня до дома Кендалл. Я торможу, как раньше, под ивой и наблюдаю за движением в окнах, перебирая в руках букет цветов. Заказал еще неделю назад. Живых цветов сейчас не достать – сплошные голограммы, которые никогда не вянут и не имеют ничего общего с настоящими цветами. Они даже не пахнут. А эти – пахнут. Кендалл понравятся желтые пионы. Как мне сказали – искусственно выведенный вид. Я ничего не смыслю в этом, но помню, как сильно Кендалл любит желтый цвет. Надеюсь, она хотя бы улыбнется.

Собираюсь с силами и открываю дверцу машины, но замечаю, как из дома Фраев выходят Стенли и Юджин. За ними – близнецы и Ривера. Ривера так повзрослела… Кажется, этим летом ей уже стукнуло восемнадцать. С ума сойти… Она до боли похожа на Кендалл, только волосы у нее прямые и длинные и кожа на оттенок темнее. Она очень красивая. Наверняка нет отбоя от парней. Надеюсь, Ривера полюбит лучшего, а не такого дурака, которого однажды полюбила ее старшая сестра.

Семья Фрай садится в свой внедорожник и трогается. Кендалл с ними нет. Значит, она не дома. И наверняка в ее день рождения они едут к ней.

Я выезжаю вслед за ними и незаметно преследую внедорожник до Хингема. Насколько знаю, там живет бабушка Кендалл по материнской линии. Неужели Кендалл все это время скрывалась там? Она ведь ненавидит маленькие города, одинаковые дома и сплетни. Как Кендалл смогла ужиться в этом городе?

Внедорожник Фрайев подъезжает к дому из белого кирпича, окруженного пожелтевшими деревьями. В восточной Америке уже самая настоящая осень.