Книга Под слезами Бостона. Часть 1, страница 69 – Таша Мисник

«Почему он, как на зло, так особенно хорош сегодня? Так свеж и бодр… И улыбается, как профессиональный искуситель? Если бы я знала, как они выглядят, то точно бы приписала к их числу и этого заносчивого засранца», – а вот тут я уж точно начала себя накручивать. Да с такой скоростью, что мне бы позавидовала медицинская центрифуга. – «Спокойно, Аленкастри, перед тобой все тот же Эзра – гребаный мудак, псих и шизофреник. Держи себя в руках».

– Как спалось прошлой ночью? – улыбается мудак, псих и шизофреник, и вся моя уверенность обращается в прах.

Втягиваю в себя воздух и отвожу взгляд. Мне хочется провалиться сквозь землю. И когда это Серена Аленкастри стала такой робкой?

– Надеюсь, моя постельпоказалась тебеудобной, и ты отлично выспалась.

Эзра ступает ближе и застывает в дюйме от меня. Снова этот предельно близкий контакт, от которого мое тело выдает странные реакции. Широкие плечи распрямляются выше моего лица, и я чувствую, как он склоняется надо мной, приближаясь к самому уху:

– Но у меня остался один вопрос, который я не успел задать вчера, – его пальцы толкают мой подбородок вверх, чтобы я наконец взглянула ему в глаза. Я задерживаю дыхание и смотрю. – Что ты чувствовала, когда касалась меня тут?

Он хватает мою руку и сует ее себе под свитер. Я вздрагиваю. За долю секунды напрягаюсь до предела, как только ощущаю контакт с его кожей. Забываю, что до сих пор не дышу. Да что там! Я, мать вашу, готова задохнуться! А он смотрит из-под своих густых бровей и не прерывает зрительный контакт. Смотрит и ведет мои пальцы плавно под своим свитером. Вдоль косых мышц, выше по торсу, крепко держит мое запястье и тянет к своей груди, где отчетливо чувствуется его неровное сердцебиение.

– О чем ты думала, Серена, когда водила своим пальчиком вот здесь? – хрипловатый шепот жжет кожу на моих губах, и я чувствую, как вспыхивают щеки, а потом возгораюсь и вся я. Этот пожар уже точно не потушить.

Пусть все сгорит…

Веки тяжелеют. Пальцы трясутся под его рукой, а я сама немею и превращаюсь в марионетку, которой сейчас слишком легко управлять – «просто не выпускай мою ладонь из своей жаркой хватки». Продолжаю, как под гипнозом, смотреть в его глаза и не могу даже отдернуть руку.

Не могу или не хочу?

Я тлею, как воск, пока касаюсь его горячей груди. А ритм бьющегося сердца действует как мантра.

– Скажи, Серена…

Он катастрофически близко, но почему-то прямо сейчас я хочу сократить это расстояние до самого конца. Хочу попробовать на вкус эту мятную вишню. И плевать, что со мной после этого сотворит собственная совесть. Мне и так уже не искупить грехи молитвами.

– Или ты смелая, только когда я сплю? – чернота в глазах Эзры становится гуще, она поглощает, и я ненавижу себя за то, что не в состоянии выдавить и слова.

Он вплотную приближается к моему лицу, и я делаю глубокий вдох, приоткрывая иссохшие губы, но Эзра резко меняет траекторию и склоняется к уху, едва касаясь мочки губами при каждом слове:

– Тогда, как только придумаешь ответ, загляни ко мне. Я буду ждать.

Не верю, но он действительновыпускает мое запястье, разъединяет контакт со своим потрясающим телом, поправляет свитер и уходит. Действительно огибает окаменевшую меня и отдаляется с каждым шагом.

Кажется, ураган миновал. Я все еще стою. Все еще на своих двух. И вроде бы не ушла под землю. Кажется, я уцелела, но сердце колотится так, будто вихрь теперь сидит прямо в нем.