Онлайн книга «Предел прочности»
|
Ему грубо скрутили руки, опустили корпус вниз и повели в сторону туалетов, предварительно заперев решетку и дверь на ключ. Ровно в эту же минуту я отложил книгу в сторону, Адриан резко вскочил с койки и спрыгнул вниз, садясь рядом с Домом, который в свою очередь достал телефон из тайника. — Ресторан «Бокадилья», Трэйси Бульвард, 37 южной широты, 121 восточной долготы. Подрыв через два дня ровно в полночь. От него не должно остаться ни хрена. Секьюрити загнать внутрь. — Отправил, — Дом записывал каждое мое слово, быстро набирая сообщение Серхио. Сразу после отправления, он удалил переписку, тоже сделал и наш Капо на воле. — Все это остается только между нами, — сказал я, опираясь руками на согнутые колени, — придет время и мы раскроем свои карты Дону. — Это время совпадет с его смертью. * * * П: «Зона очищена и все готово к операции.» М: «Надеюсь ты все перепроверил и подготовил. У нас нет права на ошибку.» П: «Отвечаю своей жизнью за это. Скоро развлечемся.» П: «Кстати, можем научить сучку разговаривать со взрослыми дядями. У меня есть пару идей для веселья.» М: «Только попробуй ее тронуть. Это моя игрушка и только я решаю, что с ней делать. Надеюсь мои слова ты понял правильно. Конец связи.» Фигуры на шахматной доске оставят за собой шлейф из крови, но я не позволю королеве заплакать. Глава 14 Кассий 5 лет назад 2016 год, Координаты засекречены, штат Калифорния Тюрьма Дьюэль — За что накрыли? Я услышал этот вопрос как только сел на койку, которая была свободна в камере. Для меня освободили нижнюю полку, хотя я думал, что это место считалось чуть ли не элитным и его придется заслужить. От матраса на койке было одно название: даже сидя я чувствовал, что это просто тонкий кусок грязной ткани, наполненный дешевым материалом, сквозь который чувствуется жесткая пружина. Чтобы на этом спать, нужно обладать железным терпением и крепким здоровьем. Я испытывал настороженность перед сокамерниками, Я не дебил и знаю, что здесь заключены за самые жестокие убийства. Тюрьма ни хера не меняет людей, наоборот делает их еще злее и заставляет во всех видеть врагов. Некоторым везет, и выйдя отсюда, они действительно берутся за голову, но таких примеров единицы. Конкретно я сел на пожизненное и меня окружают люди с таким же приговором. Скорее всего мы не выйдем отсюда никогда, я вряд ли смогу получить условно-досрочное с моим преступлением, но сказать честно, я и не гонюсь за ним. Мне нечего делать на воле, все свои цели там я уже выполнил и меня никто не ждет. — Вы уже пробили меня и все знаете сами. Я знаю, что здесь царит закон каменных джунглей: либо ты, либо тебя. Мои новые соседи, я не сомневаюсь, не могли так просто позволить подселить к себе человека-тень, о котором не нарыли ни единого клочка биографии. Вопрос мне задал высокий голубоглазый блондин, на вид около тридцати лет. Он носит идиотские усы, уходящие за углы губ, а его спортивное тело вдоль и поперек украшают татуировки: какие-то узоры, изображения неизвестных мне богов. Среди моря черной краски мой взгляд привлек кровавый отпечаток ладони над сердцем. Я смотрел именно на него безразличным взглядом. Я хотел показать, что не собираюсь воевать с ними, но и не позволю сделать из себя куклу для битья. Я согласен на полное игнорирование друг друга, тем более я привык к одиночеству и тишине. |