Книга Ночью звезды из инея, страница 42 – Анастасия Стер

Боевой настрой неожиданно наполняет мое тело, и я быстро распахиваю дверь, пока страх снова не начал окутывать внутренности. Господи, насколько же тут хорошо! В голове прокручиваются картинки из прошлого: как я забегала в этот самый коридор, опаздывая на тренировку. Как я заходила в тренерскую, чтобы обсудить с Лоренто ошибки и расстановку дыхания на дистанции. Как я вместе с охранником пыталась открыть шкафчик, от которого потеряла ключи. Я искренне любила то, что делала, и с удовольствием прожила бы эти теплые моменты снова.

Звук свистка отскакивает от стен, возвращая меня в суровую реальность. Я собираю волосы в высокий хвост и двигаюсь к небольшой комнате, которая является своеобразным проходом между коридором и бассейном. Спортсмены выходят к воде через раздевалки, а тренер и работники через этот кабинет, в котором стоят небольшой стол, маленький диван, а двери с противоположных сторон всегда открыты нараспашку.

В этой комнате я меняю кроссовки на простые сланцы через палец. Стоя перед второй открытой дверью, через которую уже видно голубую воду и красно-белые разделители дорожек, я еще раз делаю глубокий вдох и резкий выдох, наконец выходя к бассейну.

Гам голосов, крики тренера на другой стороне бассейна, плеск воды… Я как будто попала в свой самый кошмарный и желанный сон.

Вновь я перемещаюсь в тело семнадцатилетней девушки, которая искренне любила воду. Обожала то спокойствие, которое приходит только при погружении в нее. Вдохновлялась историями разных олимпийских чемпионов, а за завтраком всегда смотрела видео заплывов.

И если я никогда не хотела быть спортсменом, тогда почему сейчас грудь разрывает от потери, а на языке ощущается горечь расставания?

Я с трепетом и обожанием смотрю на ярко-голубую, почти бирюзовую, неспокойную воду, в которой борются пловцы в ярких шапочках. Я словно встретилась с давней близкой подругой. Мне хочется вновь нырнуть и проплыть хотя бы один отрезок бассейна. Глаза скользят вдоль разделителя дорожек, которые поднимаются и опускаются на небольших волнах от цикличных гребков парней.

Все такое родное и чужое одновременно. Я как будто попала в прошлую жизнь, заглянула в историю совершенно чужой девушки. Моя рука опускается на пластиковое покрытие голубой тумбы, которое выполнено из немного ребристого материала, чтобы пловцы не соскальзывали с нее. Ноги покалывает от желания хотя бы немного потрогать воду.

Взгляд неожиданно упирается в тренера, который стоит на противоположном бортике со скрещенными руками. Между нами двадцать пять метров, но мы словно стоим в шаге друг от друга. Я вижу, как его брови поднимаются в шоке, а секундомер выпадает из руки, повисая на шее из-за специальной веревки. Мне хочется сжаться в комочек, лишь бы избежать его слов, которые станут приговором. Чертова вина и сожаление – вот что я чувствую. Хочется рассыпаться в оправданиях и извинениях, а еще лучше стать невидимой.

Он стремительно идет в мою сторону, и с каждым шагом я замечаю, насколько Лоренто постарел. Его тело все еще в лучшем состоянии, но вот лицо заметно тонет в морщинах. Темно-синяя футболка отлично подчеркивает сильные руки и мышцы пресса, а зеленый треснутый свисток и черный секундомер на шее вызывают у меня улыбку. Все так, как и всегда. Как будто и не существует никакой пропасти между нами. Ностальгия отвратительна и прекрасна одновременно.