Книга Ты моя одержимость, страница 81 – Лера Деревянкина

– Я пойду.

– Ты из-за нее, да?

– Да, – честно отвечаю я.

– Эх, Черепшин, – вздыхает она, – послала бы, да с самого начала все было понятно.

Ее слова вызывают улыбку. Я благодарен ей за понимание.

– В общем, прости. И выглядишь ты просто превосходно. Повеселись. Ты заслужила.

Наклоняюсь к девушке, целую ее в щеку и в одиночестве покидаю Зимний бал.

В семь открывается институт. Я у ворот минута в минуту, прохожу внутрь под удивленный взгляд охранника. Голодный, не спавший, замерзший и ненавидящий все вокруг. Лучшее начало дня рождения. Хотя и ночка была зашибись.

После бала сел в машину и поехал по хорошо знакомому маршруту. Думал двинуть к Бешеному в клуб, все по старой схеме, так сказать, а в итоге всю ночь провел на улице, петляя между домами, центральной площадью и парком. Полночь встретил на набережной в гордом и совершенном одиночестве.

Я не хотел никого видеть и не хотел изображать, что все хорошо. Ничего хорошего нет и уже вряд ли будет. Я не мог вернуться домой, не мог смотреть на то, как под окнами паркуется гребаный «лексус» Стрельцова, как в него с дорожными сумками садится Лера и как они вместе уезжают в Москву. Лучше уж холод, дождь и тотальное чувство собственной никчемности.

Первым делом иду к спортивному залу, захожу в раздевалку, сбрасываю с себя вещи и встаю под горячий душ. Вряд ли кипяток сможет смыть воспоминания о сегодняшней ночи, но я хотя бы начинаю чувствовать себя живым. Чистый и еще горячий после душа, надеваю все ту же сырую одежду и иду в столовую. Она заработает только в восемь, но мне удается выпросить у работницы горячий чай.

Вскоре институт медленно оживает и заполняется сонными студентами. В восемь начинается первая пара, но я на нее не иду. Жду, пока стукнет девять, и, уверенный в том, что родители уже уехали на работу и что я точно никого не встречу дома, покидаю институт. Каких-то полчаса – и я дома.

Стоя у порога, слышу за дверью какие-то звуки. Пока ехал, мама прислала в чат сразу три поздравительные открытки, одну пестрее другой. Затем почти сразу же позвонила, еще раз поздравила и спросила, когда я приеду. Неужели они решили остаться дома?!

Что ж, придется делать вид, что я безумно рад любому сюрпризу, который они подготовили, пусть даже это танцующий двухметровый белый медведь, и врать, что в институте отменились пары. Не хочется их расстраивать.

Открываю замок и толкаю дверь. Но не успеваю нормально зайти, как кто-то чуть ли не сбивает меня с ног. Этот кто-то обнимает меня за шею и едва достает макушкой мне до подбородка. Не Лера. Пахнет иначе.

Кошусь вниз. Волосы темные. Это может быть только один человек, но это же бред…

– Ты чего так рано приперся?! Чуть все не обломал! – возмущается шатенка.

Эля?!

– Ты как здесь оказалась? – все еще пребываю в шоке от происходящего.

– Как, как, сели и приехали. Мы сами только полчаса назад пригнали.

Мы?!

– Ну привет, бро. – В коридоре появляется высокая фигура лучшего друга.

– Да вы го́ните!

Эти двое и правда здесь. Приперлись из своей Москвы ко мне, в мой день рождения! Получается, планы страдать весь день под Макса Коржа отменяются?

– А как же институт? – спрашиваю у них.

– Мы подумали, что за пару дней ничего не случится, тем более по многим предметам автоматы, – отвечает Ян. – Кстати, про институт. Каково это – в двадцать один год быть на втором курсе?