Книга Одержимость Желтого Тигра, страница 213 – Элис Кларк

Прислонившись к тумбе, закрыл глаза.

Всего на минуточку. Еще одну минуточку…

Когда наконец сумел собрать по крупицам мысли и подняться, тут же зашелся кашлем и согнулся, сплевывая кровь и вытирая губы тыльной стороной ладони. Становилось все труднее дышать.

Нужно уходить.

Когда я, дотянувшись дрожащей рукой до пистолета на кровати, направился к двери, в нее постучали.

Я замер.

Стук повторился.

Нетерпеливый. Громогласный. Роковой.

Скрыться было негде. Взявшись за ручку, сжал пистолет, собираясь сразу же выстрелить. Кто бы ни оказался по ту сторону.

Слегка повернул ручку, потянул на себя, поднимая ствол, но тут же отлетел назад от хлопка дверью, которую резко распахнули ударом ноги. А следом выверенным движением у меня выбили из руки пистолет. Споткнувшись, я свалился на пол, зашипел от адской боли и чуть отполз, силясь разглядеть незваного гостя.

А когда осознал, кто передо мной, то попытался рассмеяться. Однако с губ слетали лишь хрипы.

Так вот кем будет мой палач.

– Дэниел Брайт, – прохрипел я. – Какой… – зашелся кашлем, – чертов сюрприз.

Темная лошадка Драконов. Не единожды я задавался вопросом: что он забыл в их рядах? По наблюдениям, он слишком мягкий, спокойный. В нем не виделось той отчетливой тьмы, что плескалась в Марке и остальных.

– Тебе не хватит воли… – начал было я, но закончить не успел.

Дэниел спокойно наставил на меня пистолет и, не произнеся ни слова, не выказав ни единой эмоции, спустил курок.

Шипы кололи ладони, пока я шла по тропинке кладбища Холли Кросс мимо искусственного грота и статуй святых, сжимая в руках шесть белых роз.

День выдался солнечным, и я порадовалась, что захватила солнцезащитные очки и сейчас не пришлось щуриться, высматривая нужные надгробия. Каждый раз боялась пропустить поворот и в итоге заблудиться на огромной территории кладбища.

– А вот и вы, – улыбнулась я, заметив фамилию Кейн на черном мраморе.

Присев, смела пыль с плиты отца.

– Здравствуй, папа, – подняла очки на голову и положила розу возле его могилы. – Прости, что всегда захожу так ненадолго. Когда-нибудь обязательно задержусь, чтобы рассказать тебе обо всем, что произошло за последние годы. Хотя, вероятно, ты и так все видишь. Спасибо, что присматриваешь за мной. Знаю, что это так.

Обратив взгляд левее, я уставилась на высеченное имя на соседней плите: Элизабет. Оставила на ней второй цветок и провела пальцами по шершавым буквам. Почему-то к маме я никогда не обращалась вслух. Быть может, потому что так и не узнала ее. Не слышала ее голоса, кроме как на старых записях отца. Мне сложно представить наш с ней диалог, поэтому я молчала, однако в груди теплилась так же признательность. Уверена, она присматривала за мной вместе с папой.

Возложив цветы на расположенные по соседству могилы Ричарда и Изабель, я прошла к двум последним плитам.

Крепко сжала стебли оставшихся роз и сглотнула подкативший ком.

Чуть больше трех лет назад, когда я очнулась в больнице и осознала, что кошмар, мучивший меня на протяжении нескольких месяцев, воплотился в жизнь, – с той лишь разницей, что пламя поглотило не отца, а Марка с Микаэлем, – я думала, что моя реальность больше не будет иметь смысла. Под влиянием скорби и отчаяния мне и самой больше не хотелось жить.