Книга Одержимость Желтого Тигра, страница 112 – Элис Кларк

Возвращаясь к количеству роз: помню, как однажды Ники спросила у меня мое любимое число. Я назвал тринадцать, а она заявила, что без ума от цифры три. И следом, демонстративно задумавшись, выпалила, что «нашим» числом в таком случае будет тридцать девять. Что оно принесет удачу. Тогда я лишь усмехнулся и спросил, почему она решила их перемножить, а не сложить, что в моей системе координат выглядело логичнее. Николетта лучезарно улыбнулась и произнесла так, будто ничего очевиднее и быть не может: «Глупый. Сложить их все равно что просто встать рядом друг с другом и взяться за руки. В то время как в умножении ощущается особая связь. Будто частички наших судеб навсегда переплетаются. Такая связь крепче. Она нерушима». Я не стал спорить и говорить, что процесс деления вполне способен опровергнуть ее теорию нерушимости. Зачем омрачать ее непосредственный мирок?

Я невольно потер левую сторону груди, где под футболкой поло располагалась татуировка. Чернильные линии складывались в римскую цифру «XXXIX». Мой своеобразный телесный амулет, сотворенный одними только словами особо важного для меня человека.

Понятия не имею, откуда тогда в ее юной голове взялось подобное сравнение, но мне запомнились наивные слова малышки. Их искренность. И «наше» число. На следующий день рождения я притащил ей тридцать девять алых роз. И на следующий, и следом за ним тоже. Даже когда мы отдалились. Я помнил, что она без ума от фиолетовых ирисов, но в моем сознании образ Николетты сиял настолько отчетливо, что ассоциировался исключительно с ярким оттенком алого.

Мысли окончательно затянули в свой омут, и я только сейчас заметил направляющегося ко мне Дэниела. Бросив взгляд на букет, он усмехнулся и произнес:

– Спасибо, конечно, но красный мне не к лицу.

– Заткнись, – фыркнул я, а следом обнял друга, похлопав по спине. – С возращением, брат.

Сколько бы напряжения между нами ни возникало, все равно считал его братом. Вряд ли когда-нибудь это изменится, даже если наши пути вконец разойдутся.

– Ники еще получает багаж? – спросил я, направив взгляд к толпе встречающих, сгрудившихся возле прохода.

– Угу, – задумчиво бросил Дэниел, проследив за моим взглядом. – Знаешь, я бы даже хотел поприсутствовать и воочию лицезреть надвигающийся ураган, но… – Друг попятился к выходу из аэропорта, не отрывая от меня глаз. Я нахмурился, наблюдая за его причудливым поведением. – Как-то не хочется оказаться в самом эпицентре. Так что увидимся вечером. Только напоследок попрошу: не разгроми тут ничего, нам еще больших проблем с властями не хватало. – Кивнув на мой пояс, где под поло отчетливо проступал силуэт ствола, – наши люди в аэропорту делали свое дело, оружие я мог проносить хоть в самолет, – Дэниел развернулся и ушел.

– Что ты несешь? – бросил я ему вслед, но друг только поднял руку и махнул двумя пальцами.

Мысль о том, чтобы последовать за ним и выяснить значение странных слов, молниеносно вылетела из головы, стоило мне только услышать родной смех.

Николетта.

Легкий разворот, и вот взгляд уже нашел ее, впитывая знакомый образ: слегка растрепанные волосы, широкую улыбку, джинсы, топ и клетчатую рубашку. И лучезарный взгляд любимых глаз, направленный на…

Одна рука сильнее стиснула букет, в то время как вторая уже сжалась в кулак. Взгляд Ники не отрывался от лица шедшего рядом с ней парня. Как только они вышли из прохода в зал, незнакомец едва ли не привычным жестом положил ладонь ей на талию и притянул к себе.