Книга Одержимость Желтого Тигра, страница 110 – Элис Кларк

– Мы не похожи.

– Внешне – нет. Но некоторые манеры, мимика, улыбка… И ты тоже притягиваешь к себе людей. Пусть сияешь не так ярко, но для Майка и этого оказалось достаточно.

– К чему ты ведешь?

Эмили стерла подсохшие дорожки слез. Скорбь во взгляде сменилась прежней настороженностью.

– Спустя год после смерти Миранды Микаэль поклялся больше никогда не отдавать свое сердце другому человеку. А мы пообещали приглядывать за ним. И, если вновь начнет растворяться в ком-то, остановить. И вот что мы видим: Майк снова строит свою жизнь вокруг другого человека. Вокруг тебя. – Ее тон ожесточился.

– Считаешь, он видит во мне только свою умершую бывшую девушку?

– К сожалению, я не способна залезть к Майку в голову и сказать наверняка, но он искренен в проявлении своих чувств. В отличие от тебя, – яд так и сочился из ее последних слов.

Я прищурилась.

– Обвиняешь меня в чем-то?

– Ты играешь с ним, – не сдерживаясь, заявила Эмили. Как бы ни пыталась увернуться от жалящего эффекта ее слов, все же они достигли цели. – Я не верю в твою привязанность.

Ее слова задели за живое. Я прекрасно понимала, что из нас двоих именно я скрываю гораздо больше. Именно я поступаю эгоистично, желая защититься, не отдавая свое сердце взамен. Однако я не собиралась отчитываться за свои эмоции. Уж точно не перед Эмили.

– Мне плевать, во что ты веришь. Если боишься, что история повторится, зря. Я – не Миранда.

Она наклонилась и с усмешкой произнесла:

– О, это я прекрасно вижу. Если Миранда наивно полагала, что может спасти Микаэля, то ты его уничтожишь. Нам остается только быть рядом. И попытаться предотвратить катастрофу. Но в одном я уверена наверняка: так или иначе, один из вас пострадает.

Пожалуй, можно сказать, что на этом наш разговор подошел к концу. Вскоре мы вернулись в отель. Каждая в своих мыслях. И только в холле нашего этажа мы вновь заговорили, чтобы заключить соглашение. Мы решили сохранить нейтралитет. Ради Майка. Хоть и понимали, что вряд ли когда-то сможем довериться друг другу.

Той ночью я долго не могла заснуть, пялясь в потолок и коря себя за решение плыть по течению, без оглядки на последствия. Тревога не хотела отпускать из своих когтей, но в голове по кругу крутилась одна и та же мысль: я сама согласилась и дала ему обещание попробовать… Поздно сейчас отступать.

Сон настиг меня лишь под утро, и потому, когда спустя несколько часов я проснулась от стука в дверь, мне хотелось придушить стоящего по ту сторону.

Дотянувшись до мобильного на тумбочке, проверила время.

Девять утра.

Встав, я обернулась одеялом и доплелась до двери, за которой меня встретил чересчур энергичный Майк. Его глаза блестели так, будто с самого рассвета он принял дозу чего-то веселящего.

– Детка, привет, – только и сказал он, залетев в номер и быстро поцеловав меня. – Держи.

Майк протянул мне букет. Огромный букет ромашек.

Я уставилась на него как на какое-то инопланетное создание и нахмурилась. Мой сонный мозг пытался въехать в происходящее, но получалось пока с трудом.

– Ромашки? – тихо уточнила я сиплым тоном и протянула руку к цветам.

– Твои любимые, – незамедлительно последовал ответ, еще сильнее меня обескуражив.

Я подняла на музыканта растерянный взгляд, отчего его улыбка медленно – будто кто-то замедлил само течение времени – превратилась в тонкую линию поджатых губ. Закрыв глаза, он смачно выругался, а затем резко выхватил у меня букет и выбежал из номера.