Онлайн книга «Сила ненависти»
|
– Я ненавижу его, дедушка, – плакала Оливия так горько, что мое сердце на мгновение болезненно сжалось. Должно быть, она имела в виду мистера Аттвуда или моего отца, что ж, нас таких, кто испытывал жгучую ненависть, было двое. Но затем она продолжила. – Если бы я могла, то вырвала бы его сердце и перемолола в гигантской мясорубке на заводе отца. Доминик Каллахан – последний мужчина на Земле, чья кандидатура могла бы хоть как-нибудь рассматриваться. Лучше смерть, чем это. Хотя нет, лучше его смерть, чем моя. Ауч. Чувство удивления заставило меня отстраниться, так что я не расслышал ответа старика, но было ясно одно – по какой-то причине Оливия Аттвуд ненавидела меня и желала мне смерти. Поначалу я думал, что ее отказ был лишь сопротивлением против дурацкого брачного союза и юношеским бунтом перед родителями, но теперь окончательно был сбит с толку. Это не то, с чем можно работать. Оливия всегда была той, кто бросал в мою сторону влюбленные взгляды, и я ожидал, что новость в целом порадует ее больше, чем разозлит. Но слова, сказанные в той комнате, не вязались с прошлой реальностью. Желая узнать причину ее враждебности, я развернулся и пошел обратно в западную часть дома. Пять лет назад… (Оливии 15, Нику 22) Семейные ужины в нашем доме всегда приравнивались к самым изощренным формам пыток. Я бы предпочел раздобыть гарпун для подводной охоты и прострелить им обе ноги, лишь бы избежать необходимости приходить и молчаливо ковыряться в тарелке, пока отец разглагольствует о том, насколько сильно презирает футбол. Сегодняшний ужин отличается лишь тем, что будет проходить в доме ближайшего партнера отца – Гордона Аттвуда. Не странно ли, что празднование успешного окончания учебного года сопутствует мероприятию в чужом доме? Да. Не похер ли мне? Определенно похер. Чем думает мой отец, остается загадкой. С семнадцати лет я практически не общаюсь с Карсоном и редко возвращаюсь в поместье, всячески его избегая. Полагаю, теперь он хочет увильнуть от разговора о том, какое место я займу в компании, когда до окончания учебы и драфта остается год. Своей специальностью я выбрал социологию, что по меркам Гарварда неплохо, но в мироустройстве Карсона Каллахана считается таким же дном, как и игра в футбол. Ему плевать, что у меня хорошо получается и то и другое, ведь он не вложил ни копейки в мое образование. – Вы только посмотрите, кто у нас здесь! – Моя голова дергается в сторону от шуточного подзатыльника, а затем крепкие объятия смыкаются вокруг моих плеч. – Поздравляю, Доминик, еще один год позади! – Дэмиен широко улыбается, перевесив руку через мое плечо, пока мы идем к его машине. – Спасибо, засранец, – я не в силах сдержать ответную улыбку. – Ты – единственный, кто сегодня скажет мне это. Он пихает меня в бок. – Ну и хрен с ним! Просто насладись своими успехами и хорошенько напейся. – Он обходит внедорожник, залезая на водительское сиденье, пока я ныряю в пассажирское кресло, сразу включая стереосистему. Дэмиен выбрал управление бизнесом, чтобы хоть один из нас мог не бесить отца иллюзией свободной жизни. Он всегда был более покладист и уступчив, когда дело касалось будущего компании. Поскольку Дэм был старше на каких-то десять минут, то с чего-то считал своим долгом заботиться обо мне, иногда становясь чересчур опекающим, но именно ему удалось принять удар на себя, уговорив отца позволить мне пойти своим путем. С тех пор как умерла наша мама, мы крепко держались друг за друга, так что без него жизнь не имела бы смысла. |