Книга Сила ненависти, страница 137 – Тери Нова

– Выходи, – бросил он перед тем, как выйти на парковке своего здания, и приток адреналина уже не был таким манящим, как полчаса назад в туалете клуба. Я даже успела бегло осмотреть руль и приборную панель пикапа, но тут же оттолкнула идею о побеге, не потому что не умела водить, а потому что взгляд Ника прорезал лобовое стекло и впился в меня невидимым острием.

Мы поднимались в полной тишине, и я зареклась не быть той, кто первым начнет разговор, потому что тоже злилась на него. То, что мы переспали, а потом он проделал все эти вещи своим языком, вовсе не значило, что он имел какое-то право указывать мне, как жить эту жизнь. И, раз уж на то пошло, он не то чтобы был экспертом по высокой морали.

– Может быть, скажешь хоть что-нибудь? – нарушила данное себе обещание, стоя на пороге кухни и наблюдая, как Ник сделал глоток воды прямо из графина.

Вчера я наблюдала за ним, стоящим в такой же позе перед плитой и с ужасом глядящим на приготовленные мною сломанные пополам слипшиеся спагетти. Потом он сказал, что теперь я ни за что не смогу пересечь границу Италии и рассмеялся тем самым смехом, от которого мои ноги сделались ватными. Не переставал ухмыляться, даже заново набирая в кастрюлю воду и готовя новую партию спагетти, пока я, пристыженная и красная как помидор, сидела на столешнице рядом. А потом, когда пробовала первую вилку из его рук, взгляд Ника слишком надолго застрял в том месте, где мои губы были обернуты вокруг столового прибора. Это было одновременно чем-то уютным и будоражащим нервные окончания.

Вот так быстро все переменилось, и милая непринужденность между нами сменилась чем-то тяжелым.

– Даже не знаю, Ливи. Что обычно принято говорить, когда находишь свою невесту, танцующей стриптиз в дешевом клубе? – обернувшись, спросил Ник, прислонившись к столешнице и стискивая ее до скрипа.

– Это был не стриптиз, – с меньшей уверенностью, чем следовало бы, ответила я.

– Правда? Тогда не могла бы ты расстегнуть мой пиджак, чтобы я еще раз как следует взглянул на одежду под ним? Потому что я чертовски уверен, что не найду там ничего, кроме крохотного белья, – угроза витала в пространстве между нами, но я не собиралась оставаться в долгу.

– Тогда объясни мне, как мой будущий муж вообще оказался в месте, где девушки танцуют, выглядя вот так? – на этих словах я дернула за края пиджака со всей силы, распахивая его, и пуговицы отскочили, покатившись по полу.

Взгляд Ника потяжелел и наполнился пылающей злобой с примесью того, что лично я интерпретировала как желание.

– Как выяснилось, я вообще ни черта о тебе не знаю. Я был у твоих родителей, а потом в общественном центре, где ты, оказывается, теперь работаешь.

– Мардж… – Я стиснула зубы, чтобы не обозвать противную старушку как-нибудь слишком погано.

– Как вышло, что такая девушка, как ты, вытворяет что-то подобное?

– Такая девушка, как я? Что это, блин, вообще значит? Клянусь, если ты упомянешь хоть слово о церкви, я прямо сейчас прокляну тебя, – пригрозила ему пальцем.

Концентрация напряжения и злости в комнате достигла критической отметки. Ник сделал несколько шагов вперед, останавливаясь передо мной и проводя кончиками пальцев по моей щеке.

– Это ведь не ты, принцесса. Что с тобой стало?

В ответ на его слова я рассмеялась так горько, что больше не смогла остановиться, почти истерично хватая кислород в попытке не заплакать. Ник попытался притянуть меня к себе, но я отстранилась, отбивая его руки, и, смаргивая слезы, подняла подбородок так высоко, что на мгновение мне показалось, будто нашей разницы в росте не существует вовсе.