Онлайн книга «Сила ненависти»
|
Если говорить о внешних признаках, то в памяти всплывали десятки раз, когда его глаза выглядели неестественно покрасневшими, с бездонными омутами черных зрачков. Я так любила эти глаза, что, впервые увидев их еще ребенком, запечатлела в памяти именно такими. Столько раз смотрела в них, видя гладкий зеркальный блеск, что даже на мгновение не усомнилась, что что-то могло быть не так. Я должна была понять. Но как можно заметить саморазрушение человека, если настолько влюблена в саму идею о нем, что эта любовь ослепляет, и все, что ты замечаешь, – это его улыбки и взгляды, которые на самом деле ничего не значат. Я вырастила внутри своего сознания культ Доминика Каллахана, возведя его на алтарь своих девичьих мечтаний, и так беззаветно упивалась своими чувствами, что пропустила момент, когда герой моих фантазий стал невольным злодеем моей истории. Вспоминая прошлое теперь, я будто впервые обрела ясное зрение. Последний кусочек пазла встал на свое место. Все до единого слова и действия Доминика всплывали перед глазами, словно я вновь очутилась в той комнате, что и два года назад, и мне пришлось проглотить слезы. Он был под кайфом. Вот почему он не помнил. Прямо сейчас больше всего на свете захотелось влепить себе пощечину за то, что была такой глупой безрассудной дурой, а потом вернуться в медиазал и накричать на парня за то, что употреблял эту гадость, не заботясь о последствиях. Господи, от одной мысли, что все могло быть намного хуже, тошнота подкатила к горлу, и я захлопнула шкаф, рванув в ванную, практически на ходу опустошая желудок. Когда сухие спазмы закончились, поднялась на трясущиеся ноги и умыла лицо, не глядя в зеркало. Достав зубную щетку, принялась чистить зубы, натирая десны до крови. Я не могла винить Доминика, даже несмотря на то, что очень хотелось. Он не был виноват в случившемся, как я всегда считала. Это мое больное воображение и желание стать любимой хоть на мгновение провернули со мной злую шутку. Я должна была винить только себя. * * * Вечером того же дня мы прибыли в дом родителей, и все стало еще хуже, стоило мне войти в столовую. Не помог даже короткий разговор в машине, в котором Доминик уверял, что все под контролем, для убедительности сжимая мою руку. Вместо тихого семейного собрания, как и всегда в самое неподходящее время, гул голосов оповестил о чуть большем количестве приглашенных, чем мистер Каллахан и мы двое. Но самым мерзким из сюрпризов стал раскатистый мужской смех, заставивший мою кровь загустеть. Я больше не была той шестнадцатилетней девочкой, но даже теперь нахождение с ним в одной комнате отнимало у меня больше сил, чем понадобилось бы на пешее кругосветное путешествие с рюкзаком, набитым камнями. Росс Смитстоун и его улыбчивая, ничего не подозревающая жена как раз разговаривали с моими родителями и мистером Каллаханом. Добродушная улыбка слетела с лица моего отца, когда тот заметил наше появление, а ставший острым взгляд переместился с меня на Доминика, после чего снова вернулся ко мне. В этот момент рука Доминика нашла мою, и успокаивающее движение его большого пальца по внутренней стороне запястья заверило, что волноваться не о чем. Пока пыталась сосредоточиться на ощущениях в теле и россыпи мурашек на коже, а не на том, что видели мои глаза, Доминик подвел меня к группе людей, столкновения с которыми я опасалась не меньше, чем встречи с кучкой бешеных опоссумов. |