Книга Предел скорости, страница 118 – Тери Нова

Мое имя хриплым всхлипом сорвалось с ее губ, когда внутренние стенки стиснули мой член, сокращаясь с такой силой, что я взорвался, как салют в День независимости. Надо мной была крыша палатки, а снаружи – светло, но клянусь, что видел звезды.

* * *

Солнце уже садилось, когда загружал вещи в «Корвет», прощаясь с заповедником «Санд Ридж».

– Мы должны вернуться сюда, – с грустью заявила Сью, пристегиваясь на своем сиденье.

– Это не последнее наше приключение, – пообещал я. – В следующий раз мы могли бы посетить другие места, такие же уединенные, как это.

– Звучит как план, – улыбнулась та. – Если бы здесь еще был душ, – проворчала она, нюхая свою пропахшую костром толстовку.

– Видела бы ты, как живут люди в гоночном лагере, – хохотнул, заводя мотор и выруливая с парковки заповедника.

Дорога не была загруженной в это время, поскольку в середине недели люди редко выезжали за город, и я мог расслабиться, откинувшись на подголовник и слушая тихую песню Мэрилина Мэнсона, льющуюся из динамиков.

Сью дремала большую часть пути, кутая на коленях свой дурацкий кактус, будто тот был домашним питомцем, нуждающемся в заботе во время поездки.

Я обогнал фуру, плетущуюся со скоростью черепахи, и немного прибавил газ, чтобы оторваться, давая другим автомобилям пространство для маневра. От покачивания салона девушка заерзала на своем сиденье и открыла сонные веки.

– Привет, милая, – поймал ее взгляд и улыбнулся. – Мы почти приехали, Бостон через сорок минут, можешь еще поспать.

– Думаю, я выспалась, – подавляя зевок, ответила она, устраиваясь поудобнее. – Как насчет того, чтобы приготовить быстрый ужин вместе? Я бы сейчас не отказалась от пасты с маленькими ломтиками острых колбасок и томатным соусом.

Мой желудок одобрительно заурчал, отзываясь на предложение. Я повернул голову в сторону девушки и почти ляпнул пошлый комментарий про маленькие колбаски, когда глаза Сью вдруг метнулись к дороге, и в полумраке салона я едва уловил маску холодного ужаса на ее лице.

Годами я оттачивал реакцию и тренировал мастерство маневрирования на дороге, но все это не помогло в тот единственный миг, когда яркие фары «Корвета» выхватили из темноты силуэт встречного автомобиля, несущегося прямо по нашей полосе без каких-либо тревожных сигналов. Все, что успел сделать, – это вытянуть руку, прижимая девушку к сиденью, тем самым защищая от удара.

Ее испуганный крик утонул в скрежете металла, звуках бьющегося стекла и моего бешено грохочущего сердца на фоне меланхоличной песни Мэрилина Мэнсона.

Существуют ли вообще люди, которым запах больничного антисептика приносит покой?

Я возненавидел больницы много лет назад, когда впервые сдавал кровь. В тот день мама подбадривала меня, обещая испечь пекановый пирог с кленовым сиропом и разрешить безлимитную игру в приставку, если буду храбрым. И я старался изо всех сил не смотреть на иголку, пронзающую мою руку, как вражеское оружие, но глаза сами тянулись к тому месту. В миллисекунде от укола закричал так, что медсестра отскочила назад, а я стремглав побежал прочь из процедурного кабинета, сшибая на лету других пациентов. Мама бежала следом и звала меня, но я летел как угорелый, преследуемый своими детскими страхами, раздутыми воображением до необъятных размеров. Спустя три минуты одиночной погони поскользнулся на полу вестибюля и влетел в ряд кресел на стойке регистрации, заработав рассечение кожи чуть ниже локтя и здоровенные ушибы на обеих коленках. В тот день у меня не только взяли кровь, но и наложили несколько швов на поврежденную руку, оставив вечное напоминание о том, каким дерьмовым местом порой оказываются больницы.