Книга Лепестки Белладонны, страница 57 – Джулия Вольмут

Она попробовала. Сначала под крылом Дэвида Мюллера, следом – Франка Штольца, она стала звездой. И спустя пару лет прекратила искать родителей. На вопросы о семье немка отвечала: «Я не была нужна им обычной девочкой, теперь мне плевать на них». В одной статье Джек прочитал, что некая Клара Брюгеман называла себя матерью Эльмиры, но тест ДНК мигом раскрыл правду: оказалось, фрау Брюгеман влезла в долги и надеялась таким способомрешить свои финансовые проблемы. Джек выругался и нашел интервью, в котором Белладонна просила журналистов закрыть тему ее биологических родителей. Неудивительно, что Мира озлобилась. Ужасно не знать, кто твоя кровь и почему тебя бросили. Лед в ее глазах был маской, скрывая боль. Какая же Эльмира Кассиль на самом деле?

Мысли Джека прервал звонкий голос сына:

– Папа, я выиграл встречу с Белладонной! Она придет к нам домой!

– Да, да, – изучая статью, кивнул Джек. Через мгновение до Льюиса дошли слова сына. Что-то про Белладонну, «придет к нам домой». Джек захлопнул крышку ноутбука и уставился на Джонни. – Погоди, сынок. Ты выиграл… что?

– И встречу в Лос-Анджелесе выигрывает… Джонни Картер Льюис! Поздравляю, парень! С тобой свяжутся.

Мира выключила камеру и отложила телефон. Провернуть безумную идею оказалось сложно, так как конкурс не входил в бюджет промо, но короткий разговор с герром Келлером – и Мира получила одобрение. Интересно, у продюсера хорошее настроение или он потребует что-то взамен? Неважно. Все получилось! А то, что встречу выиграл сын Джека Льюиса… Банальное совпадение. Ха.

Осталось дождаться ответа победителя. Эльмира знала, что встреча у нее в кармане – нужно быть чудовищем, чтобы отобрать у подростка шанс на встречу с кумиром. Напевая «Бандита», Мира крутилась перед зеркалом, примеряя то один наряд, то другой. Ей хотелось выглядеть сногсшибательно, но невычурно; впечатлить Джека, но не вызвать лишних слухов: одно из условий встречи – фотографии для социальных сетей Белладонны.

Вздохнув, Эльмира застыла с очередной майкой в руках. Осознание, что в любом наряде ей не затмить Элизабет Льюис, болью отдалось в грудной клетке. Разумом Мира понимала, что Элизабет – прекрасная женщина (другую бы он не выбрал), но типаж возлюбленной Джека начал раздражать: блондинки с карими глазами. В глубине души Мира понимала, как глупа ее ревность к человеку, который никогда о ней не знал, но, как и многие чувства, ревность иррациональна. Мира злилась на Элизабет за то, что мечты девчонки из приюта рассыпались. Злилась, потому что Джек бросил карьеру и стал семьянином. Злилась, ведь он оставил ее и других фанатов. Джек улыбался, выглядел счастливым, но Мира больше не могла на него смотреть. Не могла ему писать, рассказывая, как она благодарна. Ничего, кроме разочарованияи боли, на тот момент она не испытывала.

Джек мог добиться большего! Мог стать не только легендарным боксером, но и музыкантом, а он… Все бросил. И у него дома она будет думать только об одном: почему ты, Джек, выбрал Элизабет?!

Дверь распахнулась, и Эльмира увидела на пороге двухэтажного дома Элизабет. Идеальную Лиззи. Мира недоверчиво прищурилась, всматриваясь в лицо соперницы. За что Джек полюбил Элизабет? За карие глаза с сеткой морщинок вокруг миндалевидных век? За светлые с мягким золотым оттенком волосы? Румянец на впалых щеках? Улыбку розовых губ?