Книга Лепестки Белладонны, страница 151 – Джулия Вольмут

– Это, – коснулась его футболки неострой стороной лезвия, – линия между любовью и ненавистью, – вела нож вверх, надавливая. – Если ты ненавидишь меня, значит, ты меня любишь.

– Я не… – Джек опустил взгляд на холодное оружие.

– Ненависть лучше безразличия, – продолжила Мира, вырисовывая ножом узоры на белой футболке. – Все лучше безразличия. То, что ты испытываешь, – настоящее. Значит, я согласна на ненависть.

– Поэтому поступаешь, как дурочка? – спросил Джек.

Эльмира потеряла бдительность, и он воспользовался ее замешательством: перехватил тонкое запястье, выбил нож из пальцев; дальше, Мира не поняла как, не она сидела на нем, а Джек придавливал ее к матрасу. Крепко сжимал ногами бедра, а руки держал правой ладонью над ее головой. Нож блеснул в левой руке Джека, а в голове Миры пронеслась безумная мысль: если он убьет ее, то они навсегда будут связаны, она сможет являться ему в кошмарах и жить в его сердце гнетущим чувством вины.

Нож упал на пол. Джек задушит ее? Забьет насмерть? Но он отпустил ее, поднялся с кровати и разгладил футболку – Мира все-таки помяла ткань ножом, а потом с отвращением бросил:

– Нет, ты не дурочка. Ты безумная. Лечись.

За нимхлопнула дверь, а Эльмира лежала на кровати и глупо улыбалась. Вот они, эмоции, обнажились на его красивом лице. Скоро отвращение станет ненавистью, а там и до любви недалеко.

Джек с отвращением посмотрел на когда-то любимую футболку. Белый хлопок обжигал пальцы. Он выкинул вещь в мусорное ведро под раковиной – не было желания носить на плечах напоминание о безумной выходке. «Творческая личность, импульсивная девчонка, сирота, которой не хватает внимания…» – жалкие оправдания тому, что он потакает Белладонне. Джек чувствовал ответственность, ведь он согласился посмотреть с Мирой бокс, и пойти на телешоу, и приехать в Дрезден. Решил, как он думал, выбрать легкий способ заработать деньги, а заодно проявить заботу к той, кто заботы лишена. Надо было идти на стройку! Льюис выругался и умылся холодной водой. Осталось выдержать пару съемочных дней, и он оставит Миру наедине с ее идиотскими мечтами. Он старался помочь, пытался поговорить. И Мира скорее смешила, чем пугала его, но Джек беспокоился, что мужское тщеславие, отголоски прежней сущности знаменитого боксера, заставит его совершить непоправимую ошибку. Мерзко осознавать, но внимание девчонки ему лестно.

Да, этаБелладонна ядовитая. Необходимо позвонить Лиззи: жена станет противоядием. Утром Джек первым делом включил «Скайп».

Белокурая Элизабет в розовом шелковом халатике, с пледом на изящных плечах показалась ему ангелом. Вернее, она и была ангелом. Иначе как могла полюбить, принять и так долго терпеть его?

– Как ты, дорогой? – мягким, словно бархат, голосом спросила Лиззи.

– Все в порядке. – Он машинально потер грудную клетку – там, где вчера нож Эльмиры вырисовывал замысловатые узоры. – Осталась пара сцен. Надеюсь, я успею домой к Рождеству.

– Ты чем-то обеспокоен… – Лиззи прищурила тепло-карие глаза. Проницательна до мурашек. – Белладонна… доставляет проблемы?